Это значит, что я должна осознать ту или иную воображаемую опасность, но вместо того, чтобы судорожно бросаться и задвигать засовы и проверять оконные защелки, подождать, ничего не делая, пока тревога сама не стихнет. Теоретически она должна стихнуть в течение нескольких минут. И это я должна повторять каждый раз при приближении тревоги.
Про себя я хмыкнула, но тем не мене согласилась попробовать.
Телефон забренчал в кармане за милю до дому. Я шла пешком по тихим, пустынным улицам, думая о том, что у меня еще есть время для недолгой пробежки.
— Алло?
— Привет, это я. Ну как все прошло?
— Нормально. Ты тоже так работаешь?
— Да. Примерно так же. Ничего особенного.
— Наверное, ужасно скучно изо дня в день слушать одни и те же истории.
— А вот тут ты не права. Все люди разные, одинаковых историй не бывает. Что ты сейчас делаешь?
— Иду домой. Настраиваюсь на то, чтобы проверить все только три раза. А что?
— Можно, я тебе попозже позвоню? Мне надо отвезти отца в садоводческий центр. Я просто хотел сказать, что думаю о тебе.
— Хочешь, я сама тебе позвоню? Ну, когда закончу проверки?
— Прекрасная мысль! Я буду держать телефон под рукой.
По дороге домой я думала о том, что мы обсуждали с Алистером. О теориях А и Б. По теории А, если я плохо проведу проверку входной двери, кто-нибудь может туда вломиться. Нет, не кто-нибудь, а Ли. Ли может войти в квартиру в мое отсутствие, а я не буду об этом знать. То есть, если я не проверю все как следует, я подвергаю себя реальной опасности. А вот что говорит теория Б: не важно, что я проверила дверь только один раз; даже если я проверю ее миллион раз, это ничего не изменит: дверь или заперта, или нет, третьего не дано.
Ха! Но даже если я допущу, что теория Б имеет под собой рациональное обоснование, откуда мне знать, что это правда? По мнению Алистера, мне надо провести что-то вроде научного эксперимента.
Я не полная идиотка — сама знаю, что трачу свое время зря. Но это не мешает мне упорно тратить его и дальше.