Один из мужиков, не попавших под моё заклятье, повернулся к поднявшейся на ноги толпе и приветственно махнул рукой, видимо полагая что это они сами по себе очнулись. Ошибку он осознал быстро – один из фанатиков в первом ряду резким и очень профессиональным движением вонзил ему в живот вилы. Мужик заорал, оседая на землю, и тут же раздался крик Генриетты:
— Назад, идиоты! За ворота!
— Но… это же наши, — неуверенно выдавил Раско, за что удостоился звонкой пощёчины от подскочившей к нему Генриетты.
— Они уже не наши и не ваши, идиот, уведи оставшихся, — в этот момент она подняла взгляд и крикнула уже мне, — Саша, задержи их!"
"Легко сказать – задержи. Я не то, чтобы знаю крауд-контроль! Хотя… Удерживая связь с магическим кругом, я набросала в воздухе плетение и крикнула:
— Wasserschutz erscheinest!
Вода из ближайшей бочки вылетела, повинуясь моему жесту, и стеной отрезала поспешно отступающего старосту, Генриетту и остальных селян от обезумевшей толпы.
К сожалению, хоть заклинание и было усилено магическим кругом, оно всё-таки не было предназначено для того, чтобы работать ОМОНом, так что стена под давлением толпы начала изгибаться. Своим магическим зрением я видела, что плетение трещит по швам и скорее всего лопнет до того, как орки успеют закрыть ворота. Так что я прыгнула из окна вниз, приземлилась и рванула к створкам на ходу выхватывая меч и надеясь на лучшее. И не зря.
Стена воды продержалась ровно до того момента, как я подбежала к толпе.
К счастью, я успела подготовиться. «Боевая форма» была пока лишь жалким подобием того, какой она должна быть у опытного вампира (судя по книжке), но хватило и её. Я оттолкнулась изменившимися ногами от земли и врезавшись в вырвавшегося вперёд мужика с косой буквально бросила его на подходящих сзади селян. Крутанулась на пятках (технически – на подушечках стопы, потому что мои ноги теперь напоминали скорее волчьи, разве что без шерсти, и с куда более длинными когтями) и присела, одновременно выбрасывая блеснувший в лунном свете клинок вперёд, прямо в живот следующему гостю.
Вырвала, шагнула в сторону, уходя от удара косы, пригнулась снова, пропуская над головой вилы и с презрением позволила железному саксу высечь искры о закрывающие живот латы, и тут же пробила грудь наглеца пальцами левой руки, вырывая ему сердце.
