В первый раз я осознала, какой одинокой была до сих пор на арене, как приятно чувствовать чью-то близость. Я погружаюсь в дремоту, твердо решив напоследок, что завтра расстановка сил на арене переменится. С завтрашнего дня испуганно озираться по сторонам будут профи.
Грохот пушечного выстрела вырывает меня из объятий сна. Небо исчерчено полосками предутреннего света, щебечут птицы. Рута сидит на ветке напротив меня и что-то держит в ладонях. Жду, не будет ли еще выстрелов, но все тихо.
— Как думаешь, кто это был? — спрашиваю я, невольно тревожась за Пита.
— Не знаю. Кто угодно, кроме нас. Вечером, может быть, узнаем.
— Напомни мне еще раз оставшихся.
— Парень из Первого. Оба трибута из Второго. Парень из Третьего. Цеп. Я. И ты с Питом, — перечисляет Рута. — Это восемь. Да, еще мальчик из Десятого — тот, с больной ногой. С ним девять.
Есть еще кто-то, но ни я, ни Рута не можем его вспомнить.
— Интересно, как это случилось, — шепчет Рута.
— Кто знает. Но у нас появился лишний шанс. Публика на время успокоится, и мы должны действовать, пока распорядители снова не решили, что Игры идут чересчур вяло, — отвечаю я.
— Завтрак. — Рута раскрывает ладони: в них два больших яйца.
— Ух ты! Это чьи же такие?
— Точно не скажу. В той стороне болото. Наверное, какой-то водяной птицы."
"Яйца неплохо бы сварить, но мы не рискуем зажигать огонь. Скорее всего, смерть трибута, о которой прогремела пушка, дело рук профессионалов, а значит, они уже оклемались. Мы выпиваем яйца сырыми.
— Ну, ты готова? — спрашиваю я, беря рюкзак.
— Готова к чему? — осведомляется в свою очередь Рута, но по тому, как она сразу оживилась, видно, что любая моя затея будет принята без лишних сомнений.
— Сегодня мы отнимем у профи их еду, — поясняю я просто.
— Правда? Как?
В глазах Руты вспыхивают задорные огоньки. Тут она совершеннейшая противоположность Прим, для которой приключения всегда только в тягость.
— Понятия не имею. Пойдем, будем думать, пока охотимся.
Толком заняться охотой не получается: я слишком увлечена расспросами, стараюсь выяснить о профи все что можно. Рута следила за ними совсем недолго, но она наблюдательная. Лагерь они разбили у озера, а хранилище запасов устроили ярдах в тридцати в сторону. Днем его охраняет мальчик из Третьего дистрикта.
— Мальчик из Третьего дистрикта? — удивляюсь я. — И он с ними?
— Да, он целыми днями торчит в лагере.