Я планировал, что он приедет сюда и мы спокойно все обговорим, найдем приемлемый для всех компромисс, по которому, взамен возвращенного без лишних слов состояния и в уплату за молчание о происшествии с Марой, я получу от него приличный доход. Я требовал от него соблюдать осторожность и действовать втайне: а) потому что считал, что Джанет надо будет поставить, так сказать, перед свершившимся фактом, и б) потому что в глубине моего сознания все же затаилась мысль, что если Освальд не пойдет на сделку, с ним придется разделаться.
Той ночью, когда я ждал его, мне никак не удавалось отправить Джанет пораньше спать. Поэтому я решил пойти и встретить брата на полдороге. Как я вам уже говорил, мне даже не пришло в голову, что он решит пойти через лес. Я ждал его на окраине деревни (это тогда, когда я сказал вам, что прятался от дождя) довольно долгое время после того, как он должен был пройти, предполагая, что, может быть, его поезд опоздал.
Когда без четверти час я вернулся домой, Джанет, страшно взволнованная, поджидала меня внизу.
Она сказали, что минут за пятнадцать до моего прихода появился Освальд и что она не позволила ему остаться в доме, но согласилась спрятать пока в маслодельне. Именно его, а не меня Мара видела с Джанет, когда они переходили двор в половине первого. Джанет зажгла фонарь и дала его Освальду, потому что если бы он включил в маслодельне электричество, Торренсы могли бы забеспокоиться и пойти проверять, что там такое. Когда они подошли к маслодельне, Джанет втолкнула его внутрь и заперла за ним дверь, так как очень боялась, как бы он не вернулся в дом.
Здесь Найджел, оторвавшись от чтения, заметил, что миссис Ситон уже нет в комнате. Он опять склонился над признанием Роберта."
"Джанет все это подтвердит. В тот момент мне стало ясно, что она страшно обижена на меня – и вполне справедливо – за то, что я пригласил Освальда сюда (он, между прочим, успел сказать ей, что находится здесь по моей инициативе). Мы с Джанет поговорили минут десять. Потом она вдруг вспомнила о Финни, обнаружила, что его нет в комнате, и мы отправились его искать.
Потом я отослал ее обратно домой, забрал ключ от маслодельни и пошел к Освальду. Когда я вошел в маслодельню, мною двигало прежде всего обыкновенное любопытство. Что случилось с Освальдом? Как ему удалось остаться в живых, когда все мы считали его мертвым? Как он выглядит после этих десяти лет? Идя к маслодельне, я не думал об убийстве. Конечно, просидев под замком целых полчаса, бедняга был вне себя.
