Километров сорок отсюда… Ребят надо искать где-то тут, — он постучал ногтем по карте, — северо-западнее.
Дальше, чем километров на шесть-семь, их унести не могло.
— Но ведь связи нет, — сказал Хохлов. — Ни мы их не слышим, ни они нас… — Смотри! — показал Сергей. — Мы в котловине. Горы глушат, нет прохождения сигнала. Выйдем из распадка на тот склон, там и попробуем связаться. Если у мужиков все в порядке, надеюсь, сигнал пройдет. Пошли!
Две крохотные человеческие фигурки двинулись друг за другом вдоль бурых утесов.
— Попробуем, — приостанавливаясь, сказал Пастух. — Ну смотри не подведи, «зажигалка»!
Они смотрели туда, на подсвеченные солнцем холмы на северо-западе, похожие на огромные караваи хлеба. И тут «зажигалка» в руке Пастуха мелко-мелко задрожала. Он лихорадочно нажал на кнопку:
— На связи! На связи!
— Сергей, ты?
— Я! — отозвался Сергей.
— Мы с Николой на равнине. А вы?
— Мы с Боцманом сошли с гор. Сейчас на высотке. Идем на северо-запад.
— У нас проблема: Колька малость повредил коленку. Костыль не нужен, но рекордов не поставит. За ночь и утро прошли километров десять. Как понял?
— Ясно, Иван. Надо скорей встретиться и мотать отсюда.
— Как нам сойтись?
— Даю ориентир, — сказал Пастух. — Где у вас солнце?
— Прямо сзади.
— Видите гору с тремя вершинами? Левый зубец выше других?
— Так, наблюдаю, — подтвердил Перегудов.
— А от нас, думаю, все восемнадцать. Держите на нее. Там и сойдемся.
Выходите в предгорье и ждите нас. До связи, конец.
Через минуту Боцман и Пастух услышали звук вертолета.
— Эхма! — вскрикнул Боцман. — Не иначе засекли по сигналу!
Из-за горной гряды на малой высоте вынырнули три небольших вертолета. А по равнине в том же Направлении неслись, поднимая пыль, пять открытых армейских вездеходов.
"— Летят и едут туда, куда надо и нам, — отметил Пастух. — Неужто приметили наших? А ну постой, поглядим! Отсюда их далеко видно будет. А нам, если что, на выручку к ребятам раньше, чем через час-полтора, не добраться.
Вертолеты превратились в серые точки над горизонтом, исчезли за холмами, потом появились вновь. Солнце сверкало в остеклении их кабин.