Носились мальчишки и девчонки на роликах, завывали и грохотали аттракционы, с американских горок доносился женский визг, трепетали разноцветные флажки, рвались в небо и порой улетали блестящие воздушные шары в виде сердец с надписью «I love you». Медленно поворачивалось, покачивая маленькие люльки-корзины, гигантское колесо обозрения.
Была уже середина июня. Долгая холодная весна обернулась жарким солнечным летом.
Они вышли из парка, поднялись вверх по Крымскому валу к Якиманке, свернули налево в сторону Кремля и, пройдя немного, вошли в нарядный, сверкающий золотым куполом храм Иоанна Воина.
Началась вечерня. Пастух купил свечи и раздал им всем.
Михаил с удивлением смотрел на них. Но, видно, что-то понял.
Раб Божий Олег первым возжег свечу у Георгия Победоносца. От нее возгорелась свеча раба Божия Димитрия, от его — Симеона, затем Иоанна, Сергия и Михаила.
Так и стояли они с горящими свечами, вглядываясь в лик защитника и покровителя воинов Георгия.
В руке у Пастуха осталось еще две свечи. Они подошли к кануну и, перекрестившись, поставили их за упокой рабов Божиих Тимофея и новопреставленного Николая.
Изгоняя злых духов, отец Андрей быстрым шагом обходил, покачивая кадилом, вечерний храм.
Они низко поклонились, а когда подняли глаза, увидели, что священник заметил их и узнал. И на долю мгновения замедлил шаг. Лицо его было серьезно и строго.
Он чуть кивнул и двинулся дальше с тихо позванивающим серебряным кадилом в руке."