Гонки на выживание

Все самые сокровенные, самые доверительные вчерашние разговоры, все смешки, все признания, все воспоминания о прошлых делах. Расслабившись и малость подвыпив у костра, они рассказали о себе слишком много.

Проклятые «жучки» — висюльки на белой хламиде Боцмана оправдали себя с лихвой.

Пастухов сокрушенно покачал головой.

А в это время он сам с горечью говорил с экрана:

«…Если бы нашлось действительно стоящее дело, я бы еще покувыркался. Но только вместе с вами…»

— Н-да, — сказал в пространство Трубач. — Техника!

Потом, но уже с другой точки было запечатлено, как этим утром они разминались, боролись, бегали и бултыхались в речке.

А вот Артист и Иван скрываются с Боцманом в лесу, чтобы исследовать его чемпионский костюм. Вот когда уже наткнулись на хитрые висюльки и смекнули, что к чему, разговоры смолкают — и с пленки звучат лишь потрескивания, щелчки, птичий свист, незначительные отрывочные фразы и междометия… — Продолжим наш сериал, — вновь раздался голос из динамиков. — Дальше все значительно интереснее… На черном экране загорелись сдвоенные точки огней, из тьмы возник их «джип», вдруг он резко вильнул, остановился — и взгляд камеры перенесся на изувеченное женское тело, распластанное на дороге. Причем сумели как-то так смонтировать и переставить кадры, что возникла полная иллюзия наезда на женщину в эту самую минуту именно этого «джипа», что подтверждала и ложная фиксация момента записи в углу изображения."

"Включили стоп-кадр. Они сидели и молча смотрели на бездыханную женщину, лежащую на бетоне.

Кадр не менялся, и эта странная пауза все длилась и не кончалась… Человек, что обращался к ним из скрытых динамиков, спрятанных в разных углах комнаты, где они сидели в заточении перед экраном, был здесь, в этой же огромной даче, на втором этаже.

И он тоже смотрел на экран большого телевизора, стоящего на столе рядом с пультом и аппаратными шкафами, на которых перемигивались разноцветные огоньки светодиодов.

На экране мрачно переглядывались его пленники — Сергей Пастухов, Иван Перегудов, Дмитрий Хохлов, Семен Злотников, Николай Ухов и Олег Мухин.

Человек в затененном кабинете был не один. Рядом с ним сидели еще двое мужчин, чьи лица тоже скрывал полумрак. Но чувствовалось, что первый повелевает здесь всем и всеми.

Он держал в руке дистанционный пульт, которым управлял на расстоянии незримой телекамерой. Ее объектив холодно рассматривал, как товар на прилавке, шестерых бывших элитных офицеров войск специального назначения Российской армии.