Меня удерживали разные причины. Но сейчас я поняла, что не могу жить так и дальше. Я взобралась на саму Северную гору, встретилась с богиней, но… Даже это не было весело.
Наверное, ты удивишься, когда услышишь это. В твоих глазах я всегда веселая и энергичная, ты вечно спрашиваешь у меня, что не так, когда застаешь меня задумчивой и отрешенной. А я не могу признаться, что давно, пожалуй, слишком давно я такая и есть — во мне нет ни капли веселья.
Я все думала, почему я не честна с тобой, отчего мне так сложно признаться.
В детстве казалось очень важным оберегать тебя. Эта привычка осталась со мной, даже когда ты вырос.
Наверное, я слишком долго была «старшей сестрой».
Моя любовь к тебе прошла разные этапы. Младший брат. Лучший друг. Возлюбленный…
Прошло больше сорока лет с нашей первой встречи. И с тех самых пор я никогда не была одна.
И я хочу верить, что впереди еще много совместных лет.
…Я могла бы сказать, что это Шиан вынудил меня уйти своим вопиющим поведением, но на деле это вовсе не так. Точнее… Он помог мне сделать этот шаг. Нам троим пора расстаться. Чтобы понять, наконец, что мы на самом деле друг к другу чувствуем».
Шен посмотрел на кристалл, лежащий на его ладони. Внезапно он вновь услышал голос Рурет:
«Ахах. Ты думал, это конец моего послания? Нет, я все же хочу сказать тебе напоследок. Я люблю тебя, Шен. Я люблю, я люблю, я люблю тебя, Шен».
На сей раз это на самом деле был конец.
Шен вновь стоял в черном замке. А в его кармане лежало послание, вновь предназначенное не ему.
— Может, мне удастся собрать коллекцию… — пробормотал он.
Муан посмотрел на него, чуть склонив голову.
— Выпьем чаю?
Этот долгий день, с утра которого Шен чувствовал боль и терялся в сомнениях, думая о том, как правильнее поступить, ближе к полудню — совместно медитировал с Муаном, взлетая на вершину блаженства, а всего через несколько часов наблюдал, как умирает Ми Лу, все еще не завершился.
"И еще до заката и до того, как чайник закипит на углях, в черный замок ворвался без сопровождения старейшина Лев. Прошагав целенаправленно к чайной комнате, с облегчением узрев там того, кого желал увидеть, Лев перво-наперво сложил руки на груди и осуждающе уставился на него.
Шен, в свою очередь, увидев Лева, перевел взгляд на столик и осмотрелся по сторонам, размышляя, чем бы можно было его угостить.