Фигуры принадлежали в основном мужчинам, но были среди них и женщины. Все они двигались в одном направлении, Шен провожал их взглядом и думал о том, какими людьми они были. Не слишком вдумчиво, просто рассматривал их лица, гадая, что за жизнь у них была, какие чувства их обуревали, и почему они так легко разменяли свои жизни за кого-то. Принцип подобного коллективизма был ему совершенно неведом.
Призраки перестали проходить мимо, и Шену стало интересно, куда же они направляются. Они все двигались в одном направлении, так что Шен просто пошел следом.
Торговые прилавки уже давно были закрыты, не осталось ни одного запоздалого торговца, надеющегося подзаработать на ночных посетителях. Призраки медленно бродили вдоль улиц, заглядывая в пустые котелки и садясь на оставшиеся снаружи скамьи. Вид они имели крайне скорбный. По палаточному городку разнесся тоскливый вой.
«Система, ты тоже это видишь?» — чтобы поговорить хоть с кем-нибудь, спросил Шен.
[Что именно?] — с готовностью отозвалась та.
«Ну… толпу грустных привидений».
[Они все умерли не своей смертью. У них есть причины не быть веселыми.]
«То есть, видишь?»
Система промолчала, и Шен продолжил:
«Но отчего они не уходят?»
[Может, надеются, что кто-то сожжет для них немного ритуальных денег?] — не особенно заинтересовано предположила Система.
Шен осмотрелся по сторонам, сочтя ее предположение не лишенным смысла, но вокруг не было ничего подходящего, что могло бы пригодиться призракам в загробном мире.
Спустя время он начал различать призрачные голоса. Все они говорили одно и то же.
«У нас была такая тяжелая жизнь, и после смерти нам не обрести покоя… Мы так хотели бы выпить последнюю чарку вина, но даже это нам недоступно…»
Призраков было очень много. Они заняли все лавки, оставшиеся на улице, некоторые зависли рядом с палатками, все они скорбно опустили головы и словно замерли в ожидании. На Шена они совершенно не обращали внимания, и тот не мог понять: они не замечают его или же считают одним из них.
Старейшина пика Черного лотоса еще раз осмотрелся по сторонам. Он подумал о том, что мог бы попытаться разбудить какого-нибудь торгующего едой и питьем заклинателя, но столь же быстро отказался от этой идеи, представив, сколько шума поднимется из-за такого опрометчивого поступка.
Тогда он прошелся по улице и подошел к особенно многочисленному скоплению привидений.