А он…
Договорить не успеваю. Внезапно Гордей поднимается и надвигается на меня. Я расправляю плечи и вскидываю голову, но назад не отступаю. Играть – так до конца. Мужчина подходит вплотную и смотрит на меня сверху вниз.
– А он тебе еще больше никто, чем я. Хуже выбора ты просто не могла сделать. А я-то наивный… считал, что раз уж меня и променяли на кого-то, то этот кто-то должен быть неизмеримо лучше. Знаешь…, я всегда думал, что ты умнее и расчетливее. А ты ещё и ребёнка умудрилась с ним заделать.
"Звук пощёчины сотряс стены, и лишь потом я почувствовала, как рука горит от удара и пальцы не шевелятся. Но Гордей даже не морщится, только глаза его светятся опасным огнём.
– Советую тебе никогда больше этого не делать, – его пальцы обжигают ненавистным прикосновением: Гордей ведёт руку вниз от горла, чуть поглаживает ключицы и едва задевает грудь. Дело плохо, но я выдержу и не покажу, как ужасно напугана. – Иначе придётся ответить. Чем-то.
Тихо сглатываю. Рука снова сжимается в кулак, потом расслабляется. Боль в кисти почти утихла. В кисти…
– Кристина, не вынуждай меня делать тебе неприятно.
Молчал бы уже. Так больно, как он когда-то, больше мне никто сделать не в силах. Вопреки всем моим стараниям, перед глазами встает сцена из прошлого, когда он полураздетый лежит на диване, а на нем стонет и извивается изящная брюнетка с длинными волосами и большой грудью с торчащими сосками. До сих противно и пусто становится внутри.
Я вздрагиваю, когда моего слуха касается громкая мелодия вызова.
Гордей следует за мной и до телефона дотягивается первым.
– Какого черта ты трогаешь мои вещи?!
Но он на меня не обращает совершенно никакого внимания. Не торопясь принимает вызов и включает громкую связь.
– Кристина! Андрюшу рвёт уже третий раз за последние полчаса! – кабинет наполняется взволнованным голосом сестры.