Вспоминали истории, случавшиеся с Петровичем по пьяной лавочке: как он под мухой взялся красить забор, только вместо краски схватил банку меда и все удивлялся, почему тот не хочет ложиться по штакетинам ровным слоем. Или как летом решил переночевать в сарае, только вместо своего полез в хлев соседей, которые растили кабанчика. У самого-то Петровича домашней скотины сто лет не было, так он решил, что животное забрело к нему, и стал гнать кабанчика из сарая. Хорошо, что соседи вовремя прибежали на шум и успели остановить произвол.
Но вскоре деревенские изменили свое мнение. К ним зачастили какие-то наглые мужики. Все здоровые, рослые, как на подбор. Их действия пугали своей непонятной дерзостью. Заметив на улице симпатичную женщину, они шли за ней, на ходу отпуская фривольные шуточки. Женщина ускоряла шаг, надеясь скрыться в доме, однако нахалы следовали за ней. Ввалившись в чужое жилье, они продолжали обсуждать свою жертву:
— Клевая телка! Правда, грудь маловата и ножки слегка кривенькие, но в остальном очень даже ничего.
Самое обидное, что муж, обычно находившийся тут же, в доме, не мог ничего поделать. Даже если он пытался встать на защиту супруги, незваные гости до обидного легко обезвреживали его какими-то хитрыми приемчиками и продолжали гнуть свою линию.
Иногда мужчины заглядывали в дом просто так, расхаживали по комнатам, отпускали обидные замечания насчет обстановки и самих хозяев. При этом они никогда не дрались, не матерились и, только когда жильцы дома угрожали вызвать милицию, отвечали так, что жильцы тут же забывали о своем намерении:
— Хорошо, мы уйдем, но вам от этого легче не станет. Один ваш человек сгорел, теперь еще кто-то на очереди. Зажились вы здесь. Пора вам отсюда переселяться либо в новый дом, либо на кладбище. И на ментов зря надеетесь.
Многие потиху начали готовиться к отъезду. А тут произошел второй несчастный случай, правда без летального исхода. Одному из ребят, швырявшихся камнями в бульдозер, сломали ногу. Сам он не мог толком рассказать, как все произошло. Ходил по лесу, сзади его накрыла тень, а затем обрушился сильный удар. Деревенские окончательно убедились, что с ними не шутят. Они стали покидать родные места.