Горячие головы

Незнакомец остановился у группы высоких сосен и отвел чиновника метров на тридцать от дороги, к вывороченному с корнем большому дереву. После его падения образовалась внушительная яма. Зудов с содроганием понял, зачем его сюда привели.

— Эта яма может стать твоей могилой, — подтвердил его страхи незнакомец. — Хочешь остаться в живых? Тогда ты должен честно рассказать мне о похищении Бушуева.

«Кто это такой? Впервые слышу!» — так и подмывало сказать Семена Михайловича, но зияющая перед ним яма отбила всякое желание врать.

Хотя нет. Изворотливый чиновник нашел потом возможность пустить незнакомца по ложному следу, но сначала он честно рассказал о своем знакомстве с Дмитрием и подробно описал историю их взаимоотношений. Он соврал лишь о том, кому сдал Бушуева. Логика чиновника была железной. Глупый незнакомец вряд ли представляет масштабы личности Тумасова. Он сунется к нему и моментально спалится. Охранники Ильи Фридриховича скрутят мужика в два счета. Хорошенько допросят его, и здесь у самого Тумасова возникнет один принципиальный вопрос.

Не к мужику, а к Семену Михайловичу: почему ты меня сдал, друг любезный?

— Я рассказал о Бушуеве посреднику, — соврал Зудов.

— Какому посреднику?

— Его зовут Руслан Артюхин, ему около двадцати пяти лет.

Руслан Артюхин по кличке Москит действительно частенько использовался в качестве передаточного звена между Зудовым и Тумасовым. Он хорошо владел восточными единоборствами и, несмотря на обычную внешность, частенько побеждал в схватках противников, намного превосходящих его в росте и весе.

За что и получил кличку Москит. Называя его фамилию, Зудов рассчитывал, что Артюхин легко разберется с незнакомцем. Особенно учитывая разницу в возрасте. Конечно, можно было не хитрить, честно и откровенно рассказать о Тумасове, а вернувшись домой, предупредить Илью Фридриховича об опасности. Но чиновник подозревал, что мужчина не так прост, как ему кажется. И оказался прав.

— А теперь поведай мне о том, как распределяются заказы на строительство дорог.

И не вздумай увиливать. Я многое знаю, а твой рассказ станет гарантией, что наша сегодняшняя встреча останется тайной для прочих заинтересованных граждан. Заложив меня, ты подпишешь себе приговор. Может быть, даже смертный. Поэтому жду от тебя правды, и только правды, — незнакомец будто случайно подтолкнул Зудова к яме.

Что оставалось Семену Михайловичу? Конечно, очень хотелось представить себя белым и пушистым, но он вспомнил о принесенных ему Бушуевым документах.