Дамир перевёл взгляд на небольшой диванчик для сопровождающих лиц. Там, свернувшись рядом с раскинувшейся под одеялом Серафимой, спала Эля. Дамир нахмурился, посмотрел вопросительно на друга. Равиль развёл руками, встал, надел тапочки с этническим рисунком – Карима привезла, как и удобную одежду. Выполнила долг жены и уехала в родительский дом.
Перед посадкой в самолёт он дозвонился Эле, услышал хриплый, перепуганный голос, обещавший послушно отправиться в квартиру Дамира, там закрыться на все замки и сидеть тихо.
И вот. Свернувшись в немыслимой позе, свисая бёдрами с края дивана, Эля спит в палате Равиля. Дамир сглотнул горький комок, вставший в горле, не дающий вздохнуть полной грудью. Ревность?.. Она самая, как и положено – иррациональная и злая.
– Как ты? – вместо приветствия выдавил Дамир, разглядывая расписной лоб друга.
Говорить пришлось шёпотом, до подъёма ещё далеко, в отделении было пустынно и тихо, лишь недовольная медсестра косилась на раннего посетителя и пациента, решившего усесться в одно из кресел в зоне отдыха.
– Я тебя прошу, забери свою женщину домой, – раздался рокот, вперемешку с тихим, неуместным смехом.
– Что она здесь делает? – он попытался говорить отстранённо, как о тажине Алии Долматовой, получалось плохо.
– Спит.
Действительно, довольно очевидно – спит в неудобной позе, словно прикрывая собой ребёнка.
– Тебе что-нибудь нужно? – опомнился Дамир. Не время и не место для ревности, угрожающе шипящей твари, разливающей яд по некогда мёртвому телу, пускающей отраву в застывшую кровь Влада Цепеша, разгоняя сердце до немыслимых оборотов. – Что произошло? – наконец справился будто бы о главном.
Равиль пересказал то же, что накануне, опуская важные детали, без них рассказ звучал полным бредом, больным сном. Однако растекающаяся внушительная гематома по линии лба указывала на реальность происходящего.
"Он уставился в упор на Юнусова. Видел, как недовольная складка прорезает лоб друга, морщится нос, приоткрывается рот, а затем закрывается, как у сома, выловленного в полуденный зной из Волги.
– Карима? – не смог скрыть своего удивления, когда услышал полную версию произошедшего.