– Нет, он был вдовцом, – поспешил успокоить ее мистер Уоллан. – Насколько я знаю, новая миссис Тодс оплатила пансион для его детей и оставила им приличное содержание, после чего пара новобрачных навсегда переехала в Вестернадан.
Мы с профессором Наруа понимающе переглянулись.
– Полагаю, у миссис Тодс будет плохое самочувствие сегодня, – с явным намеком произнес он.
– А я догадываюсь, что ей просто не оставили выбора, – вспомнив лорда Давернетти и его методы, тихо сказала я.
Миссис Макстон хмыкнула и произнесла:
– Это я возьму на себя.
Бетси добавила:
– Я поговорю с горничными.
Профессор Наруа кивнул, принимая их план, и добавил:
– Мы с мисс Ваерти осмотрим оранжерею. Миссис Макстон, как только сумеете надавить на миссис Тодс, подайте знак.
* * *В цветочной лавке нас встретили крайне настороженно. Сам мистер Тодс, мужчина преклонного возраста, но удивительного здоровья, искренне был рад увидеться лишь с мистером Уолланом, а вот на меня он смотрел более чем напряженно, явно ожидая обвинений, на которые у меня были все основания.
– Не туда смотрите, – Наруа вновь набил табаком свою трубку, – более сильный маг здесь я.
Мистер Тодс резко выдохнул и произнес:
– В ассортименте представляемых моей лавкой товаров больше нет того сорта зимних фиалок, который мог бы вам навредить!
Он хотел было выкрикнуть что-то еще, но тут миссис Макстон вдруг обратилась с неожиданным вопросом:
– Простите, а где я могу найти уборную?
Владелец цветочной лавки неопределенно махнул рукой, но его едва ли слушали – моя экономка уверенно двинулась в жилую часть дома, в то время как Наруа, взяв продавца под локоток, не слишком любезно попросил:
– А не могли бы вы мне показать вашу оранжерею?
Возможности сказать «нет» Тодсу не предоставили.
* * *Это было, вероятно, одно из самых красивейших мест на земле, которые мне когда-либо доводилось видеть. Там, снаружи, дул ледяной ветер, на стекла налипал снег, а здесь царило тепло тропического лета, повсюду – на грядках, у бассейна, подвешенные к потолку, закрепленные на столбах – цвели цветы! Синие, голубые, фиолетовые, лазоревые, нежно-розовые, алые, багряные, красные, желтые, лимонные, кремовые, белые, алебастровые и цвета первого снега, казавшиеся хрустальными и хрупкими до такой степени, что создавалось странное впечатление – тронешь, и они рассыплются на части…
А потом мы увидели грядку выжженной земли.