– Мисс Ваерти, – голос врача вдруг сделался странным, – а вы… а миссис Тодс… Это был лорд старший следователь?!
И на меня потрясенно посмотрели.
Широко улыбнулась в ответ.
– Не делайте так, – мгновенно посоветовал врач, – у вас и зубы в крови – жуткое зрелище.
Глянул вновь за окно, усмехнулся и добавил:
– Но он смотрится хуже.
* * *К тому моменту как доктор Эньо закончил со мной, лорд Давернетти уже ожидал в приемной. Учитывая, что с его появлением на все окружающее пространство опустилась давящая тишина – полицейский был явно не в духе.
И настроение его лучше не стало, потому что следующим, кто вошел в дом доктора, был мой адвокат."
"Мистер Эйвенер, громко поприветствовав всех, уверенно вошел в операционную, где я стояла у раковины, смывая с лица, шеи и рук остатки крови, коротко кивнул мне, после чего подошел к врачу и предоставил два документа на освидетельствование.
– Давернетти может закрыть дело, – внимательно посмотрев на моего адвоката, очень тихо сказал врач.
– Мы должны сделать все, чтобы не закрыл, – уверенно произнес мистер Эйвенер.
Доктор криво усмехнулся, взял листки у адвоката, прошел к своему столу и стал заполнять, одновременно создавая три магические копии каждого.
– Я подготовлю освидетельствование также миссис Макстон, – произнес он.
– Это было бы очень любезно с вашей стороны, – сказал мистер Эйвенер.
– Это будет приговором для миссис Тодс, и мы оба с вами прекрасно это понимаем, – невесело усмехнулся врач. – Но это все же куда существеннее, чем причинение вреда магически одаренной мисс.
Мистер Эйверен, не совсем поняв, о чем речь, обратил вопросительный взор на меня. Я пояснила:
– Старая магическая школа отличается крайне негуманными методами. Собственно, по этой причине она и была запрещена. По факту, опоздай я на несколько минут, и спустя пять-семь дней миссис Макстон потеряла бы память окончательно и навсегда.
Шумно выдохнув, мистер Эйвенер произнес:
– Крайне неосмотрительное поведение миссис Тодс.
– Безнаказанность, мистер Эйвенер, порождает в некоторых магах удивительную веру в собственную неуязвимость, – философски произнес доктор.
И в этот момент дверь распахнулась!
Сияющий слегка безумной и основательно лучезарной улыбкой лорд Давернетти ворвался в место, где ему быть не полагалось вовсе, – это кабинет врача, я могла быть и раздетой, и если присутствие адвоката еще допускалось, тем более он явился по моей просьбе, то присутствие полицейского без моего разрешения абсолютно нет.