Я вздохнул и ещё раз посмотрел на пистолет, словно взвешивая оружие в руке. Зря, конечно, он это. Лишнее совсем. Я ведь не супер-пупер стрелок, чтобы так рисковать. Понятно, почему он это сделал — помнит нашу с ним прошлую игру, когда я ему пулю в средце всадил.
Ладно. Прикинем в голове. Что ему нужно? Ну, за исключением того, конечно, что он конченый и ему скучно. Чего он хочет? В перспективе, я имею в виду.
Ответ тут простой — без понятия.
Но, глядя на его поведение, я ни за что не поверю, что у него нет какого-то плана.
Тут будет реклама 1
Не похож он на того, кто будет просто от веселья убивать людей, как бы не старался это показать. Каким бы отвратительным оправданием это не прозвучало, но каждый раз он преследовал какую-то цель. Во время нашей первой встречи. И во время второй — тоже. И Эри он ко мне приставил тоже не просто так. А ещё тот случай после аукциона, когда я угрожал разнести тот кинжал. Ведь в тот раз он отступил, так? Значит, он способен жертвовать своими прихотями в угоду более важным целям.
Тут будет реклама 2
Или же я просто стараюсь себя в этом убедить?
Думай, Саня, думай. От твоих мозгов сейчас зависит не только твоя собственная жизнь.
Он ведь всё предусмотрел, ведь так? Прислуга в очках, блокирующая контроль. Эта дурацкая подвеска, которая, как мне казалось, блокировала действие других артефактов, хотя тут я был не уверен. Он оставляет меня без возможностей. И делает это специально. Почему?
Потому что он сумасшедший? Вполне себе вариант, но я в него не верил.
Нет, он словно грёбаная ходячая провокация, созданная для того, чтобы бросить вызов всему вокруг.
Тут будет реклама 3
Ему нравится этот образ наплевательского отношения к устоям и правилам. Иллюзия того, что ему не важно, что на кону — жизнь или спокойствие других, даже собственная безопасность. Ему плевать, и в этом равнодушии сквозит какой-то странный, почти что иррациональный кайф — удовольствие от самой игры на грани, от риска, где цена слишком высока, чтобы просто считать её случайностью.
Но, несмотря на это, я не спешил вписывать его в список сумасшедших.
Тут будет реклама 4
Как бы безумно это не прозвучало, но в его действиях есть чёткая выверенность. Это не хаос, хотя он и пытается казаться безумцем. Отнюдь. На самом деле каждый его шаг — часть тщательно продуманной стратегии, скрытого плана, о котором никто не знает, даже, может быть, и он сам. По крайней мере до конца. Его цель — загадка. И я понятия не имел, что ему нужно, хотя кое-какие догадки у меня были. И именно это делает его опасным.
