И в этот момент мама вошла в комнату… Я практически сижу на огромном мужике, второй как бы тоже сидит, но рядом с диваном и, блин, ну почему я опять чувствую себя виноватой!
— Мама, я сейчас всё объясню. — пытаюсь говорить спокойно
Мама вздрагивает и отвечает, — «Пойду руки помою»
Я наконец-то преодолеваю это гору мышц и вдруг раздаётся мамин крик…
С пола вскакивает Кир, роняет меня и у него на ладони загорается огненный шар. Я думаю, ну точно, волноваться не о чем, я в коме. Не могут люди из руки огненные шары надувать.
«Рука-лицо»
Смотрю на Кира, и Кир на полном серьёзе мне говорит — Ты же сама сказала, что убивать не гуманно, и надо рядом с туалетом привязать, а то ночь длинная. А я, что я, я не помню ничего, что было после рюмки коньяка.
И ТУТ Кир проявляет чудеса воспитания, встаёт, во весь свой двухметровый рост и с поклоном, причём он всё ещё в папиных трениках, и пафосно так произносит: «Добрый день, я Кир, то есть Кирриас, капитан левого крыла».
Мама немного удивилась, но также ответила — Елена Сергеевна — мама Виктории, врач первого отделения. Да-да мама у меня врач, не психиатр, конечно, но нервы у неё крепкие. И поэтому она настаивает на своём — «Что всё-таки с Вадиком и почему он молчит?».
Но я не знаю, что ответить и поэтому предлагаю маме пойти на кухню и сварить нам кофе. Сама же понимаю, что надо всё узнать наконец, и попытаться привести свою жизнь в порядок.
— Кир, ты говорил, что твой принц к утру очнется, почему он всё ещё в бессознательном состоянии?
Не знаю, — отвечает этот, судя по всему, оболтус.
«Может, что-нибудь надо сделать?» — спрашиваю
— Я же тебе всё рассказал ночью — удивляется Кир.
— «Понимаешь Кир, у меня есть такая особенность, я не переношу крепкий алкоголь, ни в каком количестве, и всё, что я делаю и говорю, я не помню, поэтому не затруднит ли тебя ещё раз мне всё рассказать. Потому что я так и нахожусь в состоянии уверенности, что мне либо это всё снится, либо вы меня разыгрываете.