И его хозяин не будет не только одним из первых. Возможно, не будет даже последним, ведь он тоже на государственной службе и спасать людей — его работа. Зато если придет приказ об аресте хозяина — его див первым наденет на него наручники.
А самое печальное: если Мончинского ранят, Владимир немедленно его сожрет. Так что Аверин даже слегка посочувствовал молодому колдуну. Слегка, потому что — а как иначе он хотел строить карьеру колдуна на государственной службе?
Внезапно рядом пролетел орущий во всю глотку ящеропавлин.
— Очень хорошо, — похвалил кота Аверин. — Отпусти.
Кузя убрал лапы, и иллюзия рассеялась, чтобы снова собраться на стенде.
Владимир с любопытством посмотрел на Кузю:
— Это ведь демон с набережной?
Кузя выгнул спину и зашипел. Ну еще бы, он хорошо помнил то время, когда этот див собирался его сожрать.
— Да, это он, — подтвердил Аверин, а Кузя, пошипев еще немного, сел и принялся тщательно вылизываться.
— Ловко вы нас обвели вокруг пальца, — снова улыбнулся Владимир, — когда я и мой прежний, — он подчеркнул это слово, — хозяин прибыли в участок, господин участковый пристав Смирнов показал нам уже подписанные вами, им и господином участковым колдуном Фетисовым бумаги.
— Давай воздержимся от громких высказываний, — холодно ответил Аверин. — Я имел полное право оформить в собственность пойманного мною дива. И, само собой, я попытался сделать это как можно быстрее, мне ведь еще необходимо было провести обряд. Ты видишь в этом что-то противозаконное?
Этот разговор совершенно не нравился Аверину.
— Нет, всё совершенно законно, — согласился див, — но вот его сиятельство граф Синицын так не считает. Он написал на вас жалобу, что, мол, вы преступно укрываете убийцу его сына. И даже ссылался на законы Соединенного Королевства, где дива принято карать, даже если он действовал по приказу хозяина. Вместе с хозяином, разумеется, — улыбка не сходила с лица Владимира.