Граф Суворов. Том 15 Финал (СИ)

— Нет, траектория была верной! — ответил Максим, оправдываясь. — Может тварь поймала его, до того, как сгореть, или резонатор скатился по горе плоти, пока падал. Да какая разница? При такой температуре и близости от воронки, ничего существовать не может. Зона всё равно будет закрыта!

— А вместо неё появится вечно действующий вулкан. — хмыкнул я, и товарищ опустил глаза.

— Зато диссонансный фон сразу просел. В четыре раза. — пробормотал он.

— Ладно… этого будет достаточно. — вздохнул я. — С вулканами рядом люди живут, и ничего страшного не происходит, даже если у них непроизносимое название.

Так что и мы жить сможем. Пристегнись, мы возвращаемся.

— Есть. — ответил Максим, и я развернул катерок обратно к столице. Время от времени поглядывая в экраны заднего наблюдения. Пусть Максим и говорил, что резонатор не гаснет, я отчетливо видел, что свечение становится слабее. Хотя, возможно виновато в этом было расстояние. А может поднимающийся дым, окружающий сферу.

Вой серены догнал нас уже после пересечения рубежа, в рубке замигала красная лампа, заорали динамики.

— Предельно опасный уровень диссонанса, немедленно покинуть зону! Предельно… — кричали динамики под вой сирены.

— Какого черта⁈ — вновь выругался Краснов, стучащий кулаком по экрану, а затем нас догнала новая волна, и двигатели вырубились.

Глава 22

Сила, которой секунду назад был пропитан мир, будто выгорела без следа. Кристаллы опустели, показав дно. И даже в Шахе оказалось почти пусто. В последнюю секунду я успел выкачать его до предела и вложив собственные силы из чакры звука поймал кораблик у самой земли.

Но даже так приземление оказалось жестким, нас несколько раз перекувырнуло, безбожно дергая в страховочных ремнях, а затем катер врезался носом в землю и застрял вертикально.

— Макс, ты там живой? — спросил я, повиснув на страховочных ремнях. — Эй?

— Да живой я, живой. — простонал товарищ, а затем в панике заголосил, дергаясь. — Глаза! Руки! Глаза!!!

— Тихо! Тихо! Сейчас я тебя вытащу, подожди. — проговорил я, освобождаясь из пут и держась за кресло одной рукой спрыгнул на лобовой экран.

Чтобы добраться до кресла Максима пришлось карабкаться по панелям управления, ставшим для меня лестницей. Парень же всё это время тихо постанывал, сжав зубы.

— Спокойно, ты жив, это главное. — проговорил я, снимая парня с кресла. — А руки и ноги тебя давно дожидаются, про доноров я не забыл.

— И глаза? — всхлипывая спросил Максим.

— И глаза. — подтвердил я, подхватив его поудобнее.