Едва подумала так, как словно наяву увидела всё ту же руку, приподнимающую толстый пушистый ковёр, а затем вытаскивающий из-под подцепленной ножом паркетной дощечки два бумажных миниатюрных кулёчка. Вначале высыпала в воду тот, что поменьше, размешала ножом, выпила. Сразу накатила какая-то непонятная сонливость. Затем плеснула немного воды на дно стакана, вытряхнула в неё содержимое второго, уже практически не разлепляя глаз, взболтала и залпом опрокинула в себя. Горло неприятно обожгло, дыхание стало сбиваться…
Я протёрла руками лицо, прогоняя очередное наваждение, а отняв их, едва не вскрикнула.
Пошатываясь, я дошла до столика, однако не удержала графин, и он выпал из рук, залив ковёр отваром. Длинный ворс мгновенно впитал в себя всю жидкость, не оставив мне ни малейшего шанса на утоление жажды. На полном автоматизме развернулась и прошла до бархатной портьеры. Сдвинув в сторону тяжёлую ткань, увидела дверь.
…вот рука нажимает на латунную ручку, чтобы пройти в купальню.
Стоп. Какая купальня? Разве это не ванная комната? Судорожно сглотнув, я приоткрыла дверь и действительно увидела то, что мне пригрезилось. Или не пригрезилось, а просто уже когда-то совершала эту последовательность движений? Учитывая, что почти ничего не помню до того момента, как очнулась лежащей на кровати перед дядей, возможно, так обрывочно возвращается память. Ничего, сейчас умоюсь, попью из-под крана и лягу спать. Я повернула вентиль, однако ничего не произошло.