— Прочь!
Первым, кого увидел Адам, войдя в бальный зал Редмондов, превращенный активистками благотворительного общества в зимнюю страну чудес, была миссис Снит, похожая на капитана за штурвалом корабля. Рядом стояла мисс Эми Питни, охваченная праведным гневом. Ее окружала стайка кудахчущих женщин. Обряженные в шелка, они походили на возмущенных наседок с распростертыми крыльями. Неподвижное лицо мисс Питни казалось застывшей маской. Адам заметил у нее на щеках следы слез.
Похоже, зимний бал начался бурно.
— Ну… как проходит празднество? — с веселой иронией обратился Адам к миссис Снит.
— Вам нравятся украшения, преподобный? — уклончиво отозвалась миссис Снит.
— Да, довольно красивые. Боюсь… атмосфера не слишком располагает к веселью. Что-то случилось? — мягко спросил Адам.
— О, я не решаюсь сказать вам, преподобный, но, боюсь, это мой долг. Мисс Питни ужасно расстроена. Наверное, нам следует поблагодарить лорда Хейнсворта за признание, но, говоря откровенно, до появления графини в Суссексе нам не приходилось обсуждать подобные вещи, и, разумеется, для юной девушки слышать такое — тяжелое испытание.
— Что обнаружилось, миссис Снит? — Значит, мисс Питни начала задавать Хейнсворту вопросы. Что ж, слава богу.
— К несчастью, мы узнали, что графиня… — Миссис Снит нерешительно откашлялась. — Недавно предлагала лорду Хейнсворту определенного рода отношения в обмен на деньги.
Перед глазами у Адама расплывалась мутная багровая пелена.
— Честно говоря, я не знаю, миссис Снит. Зачем мне это? Вы предлагаете новый способ собрать больше денег для церковных нужд?
Миссис Снит попятилась.
— Надеюсь, вы не слишком огорчились, преподобный, — запинаясь, пробормотала она.
— Не тревожьтесь обо мне, миссис Снит. У меня достаточно подушечек, к которым я могу обратиться за нравственной поддержкой. — Язвительный тон пастора и его колкие слова заставили пожилую даму потрясенно застыть. — Позвольте вас спросить, миссис Снит. Я знаю, вы женщина разумная, справедливая и в высшей степени порядочная.