Долго ещё ему придётся безрезультатно миссионерствовать в нашей волховской земле. Не только словене, весины и балты (чудь) верят в древних богов, но и приезжающие сюда европейцы такие же. Даже те, кто вроде перешёл в христианство, на всякий случай и древним богам дары несёт. Эдакий религиозный бэкап на всякий пожарный."
"Как ни кривились купезе от завышенных цен на полбу, но кое-кто из них всё-таки уступил, не захотев пустым возвращаться. Тем более, что по реке, многие, имевшие излишки, тоже начали цены поднимать.
— Рёх так и не пошёл на Белморе, денег не нашёл, а дружников с кона не решился убрать, — докладывает Быстр, хотя его уже некоторые местные начали называть более почтительно, Быстрята.
Афеню уже за купеза почитают, зная что он при нас серьёзными объёмами начал торговать. Не сам, конечно, а по нашим поручениям.
— Почему так, — удивляюсь, — зачем дополнительный отряд, если своих хватает? Или белозёрцы настолько сильны?
— Там весины живут, он с ними справился бы, но вдруг здесь на кон нападут?
— Так кто же нападёт, если он такой сильный и самую большую русь имеет.
Быстрёныш на меня с улыбкой посмотрел, пытаясь выяснить по лицу не придуряюсь ли я. Увидел, что действительно не врубаюсь и снизошёл до разъяснений.
— Тебя он боится, бойр Гром, ты два сорока варезе уже извёл, а они воры сильные были. Да и другие варезе али нурмане Алдоги тебя поддержат заради добычи богатой.
Ни фига себе пельмень! Я заявляю о себе, как о миролюбивом защитнике, а меня подозревают в возможном налёте.
— Но и до нас Рёх пытался варезов набрать для похода на Белозеро.
— Тогда он о другом думал. Набрал бы и им же долю в добыче выдал и из них ещё один сорок себе сделал.
Да уж, таковы выкрутасы местечковой психологии. На ровном месте сами себя перехитрить пытаются и им ещё в этом кто-то виноват. Некто мягкий, пушистый и добродушный.