Я почувствовала облегчение, которое длилось ровно секунду, до его следующих слов: — Запомни, на чем мы закончили. Непременно продолжим позже.
Рычащую Наталью мы обнаружили в зарослях хмеля. Она безуспешно пыталась отлепиться от забора, к которому ее примотало гибкими шершавыми стеблями. Захват был скучен до невозможности. Едва взглянув на Власа, она обмякла и затихла. И потом, будучи освобожденной от живых пут, даже не пыталась бежать. Как это, оказывается, удобно — иметь дело с теми, кто отлично знает, на что способен леший.
— Куда ее? — спросила я. — Домой?
— Подождите! — Из-за забора на нас отчаянно смотрел крепкий невысокий мужичок, которого вполне можно было принять за человека, если бы не желтые глаза. — Прошу, выслушайте! Она не виновата в том, что происходит в деревне! Клянусь!
— Кузьма? — неуверенно уточнила я. Надо же. У скрытных домовых нынче прямо сплошные выходы в свет!
— Да. Прошу, позвольте все объяснить! Выслушайте! — Он кинул взгляд на Наталью, которая до сих пор не проронила ни слова.
— Так вам не нам надо объяснять, — отозвалась я, ощущая что-то вроде жалости. — Поговорите с другими домовыми и…
— Нет! Они слишком взбудоражены из-за всего произошедшего и вряд ли поверят тому, что я расскажу. Надежда только на вас! Прошу, пойдемте в дом и мы все вам объясним! Поверьте, от того, что вы схватите Наталью, нападения не прекратятся.
Последняя фраза произвела на меня впечатление. Я нерешительно глянула на Власа. Дом — это территория домового. Там он обладает огромной силой. Стоит нам войти, и мы окажемся в невыгодном положении. Но если мы останемся здесь, другие домовые могут потерять терпение и схватить Наталью. Я видела, как злился Лаврентий из-за семьи Николая и, особенно, из-за пострадавшего друга. Если остальные испытывают то же самое, вряд ли они будут судить потенциальную преступницу здраво и непредвзято.
— Скажи, что ты хочешь, а я уже решу, как это лучше сделать, — спокойно предложил леший, видя мои терзания. — Не забывай, я здесь для того, чтобы разобраться с твоими проблемами.
— В таком случае я бы, пожалуй, выслушала его.
— Хорошо, — Влас в упор посмотрел на Кузьму. — Прежде чем мы войдем в твой дом, ты дашь клятву не причинять вреда. Я скажу тебе слова, ты повторишь.