—Сделай так, чтобы больше мы тебя не видели! На первое время тебе даст денег Богдаша, конечно, нотолько на пару месяцев, не больше. Так что ищи работу. И не вздумай что-то просить у моего Ильяса! Я тебе такое устрою… Сиротинка!
И она ушла, хлопнув дверью.
Вот так слетел с Ираиды весь налёт и блеск её хваленого воспитания.
Я молча встала, оправила рубашку, которую нашла вчера в той спальне, где ночевала раньше, и прошла в ванную. Можно хотя бы в этом доме умыться?
Меня шатало. Встала под душ, чувствуя, что в желудке собирается странная горечь.
Реакция моего организма была вполне предсказуемой. Сколько можно нервничать? Сколько ещё готов он вынести потрясений? Конечно, меня просто вывернуло от всего этого!
Я умылась, после того, как мне стало немного легче. Меня трясло, ноги плохо держали. Конечно, такой стресс не мог пройти бесследно для меня.
Но брать себя в руки придётся. Иначе я такими темпами совсем своё здоровье угроблю… Я не ожидала от свекрови такого, даже несмотря на то, что знала: она меня не жалует.
Что на неё нашло, я просто не понимала.
Вчера мне показалось на какой-то момент, что Ираида даже прониклась моим положением, пожалела меня. А что же сегодня?"
"Неужели Богдан позвонил свекрови и потребовал меня выгнать? И судя по словам его матери ещё и наврал с три короба.
И я тут же горько вздохнула.
Не врал он, как же!
Надя, Надя… Ты такая наивная чукотская девочка! Теперь-то я знала, что все его вечерние заседания, вал работы, конференции, командировки — скорее всего, просто прикрытие для его свиданий с любовницей. А может, даже и любовницами.
Как я могла в это верить ещё вчера?
Ладно, хватит уже себя жалеть и перебирать одно и то же.
Надо понять как дальше жить.
Я расчесалась у большого зеркала в ванной, собирала волосы в хвост и размышляла.
С жильцами моей квартиры, конечно, очень некрасиво вышло. Надо им самой перезвонить, объяснить, дать время на переезд. Куда мне самой деваться на это время?
У свекрови я точно не останусь. Значит, выхода нет — остаётся гостиница.