Не замечаю, как вонзаюсь ногтями в каменную грудь.
Даже срываю несколько. Вздрагиваю, замечая на его коже выступившие капельки крови.
– Ты это что?
Обхватывает мой затылок своей огромной пятерней.
– Подраться решила? Отомстить? Кровь за кровь?
Рычит. Но тут же чувствую, как запрокидывает голову. Хохочет.
А звучит, будто раскатистый гром громыхает. Чуть до дрожи своим хохотом стены не доводит. Хотя… Кажется, они все-таки подрагивают! Или началось землетрясение?
– Никуда ты не пойдешь, – вдруг обрывает грохочущий смех.
– То есть… Ты меня не отпустишь?
Черт!
Если признаться честно, то в глубине души я так надеялась на другое!
Что под личиной этого дьявола окажется благородный рыцарь! Который узнав обо всем, обеспечит мне защиту от тех мерзких амбалов, которым Костя должен! А сам отпустит, не станет держать в плену! В сексуальном рабстве! А он… Он…
Он таки дьявол! Самый настоящий и абсолютно бессердечный!
Эх.
– Здесь оставайся. Мне отойти надо, – цедит сквозь сжатые зубы. – еду закажи, какую хочешь. На мой счет скажешь записать.
– Арман…
Черт! А если я умолять начну, мне это поможет?
– И не вздумай даже попытаться сбежать!
Тут же рычит, рассеивая все надежды хоть как-то разжалобить это чудовище.
– У меня охраны тут полный парк, кошка. И не забывай. Собаки не выдумка. Загрызут. И даже если нет, то я тебя из-под земли достану. И сам обглодаю. Ты теперь моя. Мне принадлежишь. Привыкай к этой мысли, пока меня не будет.
Ох, черт. Чудовище, оно и есть чудовище! Самое настоящее!
– Но… У меня даже нет одежды…
– Не нарывайся, мелкая, – резко дергает на себя. Опять вдыхает воздух возле моей шеи так, как будто сожрать хочет.
– Не положена тебе одежда. Радуйся, что передышку тебе даю. Время настроиться.
Резко отрывается от меня. Рывком. Будто отдирает свое тело от моего.
Абсолютно голый так и выходит из комнаты.
Вижу, как вздуваются вены на руках. Опасно. Яростно. А член все так же и стоит колом.
Дверь громыхает так, что начинается новое землетрясение. Штукатурка опадает кусками.
Оххххххххххх….
30 Глава 30
Арман.
Это охренеть просто!
Громыхаю дверью, чтобы отгородиться.