Заставляют сердце понестись бешеным галопом!
– Я хочу тебя, Арман. Правда. Хочу.
– Нииииика!
Он буквально ревет, обрушиваясь на мои губы.
Сминая. Расплющивая их своим жадным, голодным напором.
И я поддаюсь. Распахиваюсь по-настоящему. Тянусь вперед, обхватывая его торс ногами еще сильнее.
Позволяя языку бить по моему небу. Жадно и безумно толкаться прямо в горло.
Позволяю и даже стону от удавольствия.
– Будет больно, скажи, – он отстаняется.
Напряженно смотрит на меня, обхватывая свой член у основания.
Прижимает головку к моему входу.
И с моих губ снова слетает хриплый стон.
Все тело напрягается, выгибается струной от дикого напряжения. Предвкушения.
Он пульсирует у самого входа, почти во мне.
И у меня внутри что-то яросно, вспышками пульсирует в ответ.
Рвется к нему. Хочет прочувствовать каждую венку. Принять в себя. Обволакивать и сжимать.
Боже. Я совсем раньше не знала собственного тела! Даже не представляла, что оно способно на такие реакции!
– О, да…
Срывается с моих губ, когда он проталкивается вперед.
Боже, как хорошо! Совсе не больно! Это… Это блаженство!
– Никааааааа, – Он снова обрушивается на меня ртом.
Подчиняет.
Выбивает искры каждым жадным толчком внутри.
Делает своей. Полностью. Без остатка. Заставляя плавиться и громко выкрикивать его имя!
А я сжимаюсь и одновременно распахиваюсь для него от удовольствия.
– Какая ты тугая. Какая сладкая…
Мои крики наслаждения тонут у него во рту.
– Я попробую тебя везде… Ты моя. Ты будешь полностью моей, Никаааа!
А меня взрывает.
Выгибаюсь под его руками, с диким криком удовольствия.
Дрожу в его крепких, бережных руках.
Не могу прийти в себя.
А он еще внутри.
И мои стенки сжимают его так сильно, что пелена перед глазами.
– Арман… Арман…
Еле выдыхаю и снова судорожно извиваюсь, когда меня накрывает новой. Горячей. Безумной. Совершенно дикой волной запредельного наслаждения.
Все горит. Складки разбухли, став до одури, до боли чувствительными.
Тело будто плывет. Прямо по воздуху, окуная с головой в блаженство.
Он еще несколько раз дергается во мне. Пронзая. Тараня жесткими ударами. Высекая искры.
А после с ревом вытаскивает свой член.
Сжимает, проводя рукой по всей длине.
Брызгает спермой прямо мне на грудь.
– Моя, – буквально валится на меня сверху, размазывая по груди свою терпкую влагу.
– Ты моя, Ниииика.