Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]

Есть и те, которым двадцать. А вот эта, — он показал лист, который держал в руках, — вышла полтора десятка лет назад.

— Любопытно, — Стас взял пару газет из стопки, которая устроилась на подлокотнике дивана и перенес их на стол. — Вы только посмотрите, тут даже есть объявления об услугах гробовщика. На первой полосе!

— Времена были такие, — деловито пояснила Виноградова, вернувшись в комнату с угощением. — Не успевали жандармам сообщить о смерти какого-нибудь несчастного, как в дверь дома покойного уже звонили гробовщики и предлагали свои услуги по упокоению еще не остывшего тела.

Порой представители разных контор буквально устраивали бои в парадных за право похоронить человека.

— Неужто трупов на всех не хватало? — удивилась Арина Родионовна.

— Мертвецов было много. А тех, кто готов платить за упокоение своих близких, оказалось куда меньше. Прозекторские полнились неизвестными, которые ждали опознания.

— Страшные времена, — прошептала Нечаева и пригубила остывший чай.

— Будь в мире много некромантов, работа бы наша шла куда легче, — вздохнул Стас.

— Хватит с нас Чеховых, — фыркнул Дмитрий Васильевич. — Представляете, если бы кто-то из преступников владел темной силой? И мертвецы ходили бы по улицам. Как можно определить, когда почил человек, если его тело шатается по городу и все его принимают за живого.

— Вы так и не простили Павлу Филипповичу ту историю с допросом усопшей? — язвительно уточнил кустодий.

— Наш добрый адвокат выставил меня чудаком перед всем высшим светом, — хмыкнул Шуйский.

— Мне кажется, что меня будут помнить именно по этому эпизоду всю оставшуюся жизнь.

— Виноват, — почти искренне покаялся я и развел руки в стороны.

— Я был в шоке, — не унимался Дмитрий. — Поначалу даже не мог поверить, что на самом деле вел допрос мертвой девицы. А когда осознал, то готов был выйти из кабинета и спалить шутника.

— Я не шутил, — напомнил я.

— Только потому я и сумел совладать с собой. Сначала я продымил сигаретами весь кабинет.

А когда девицу транспортировали в прозекторскую, я немного успокоился и поразмыслил о произошедшем. Знаете, я хоть и злился на вас, мастер Чехов, но вынужден признать, что поступил бы также в похожей ситуации.

— Спасибо за понимание.

— Вы мне еще за это должны, Павел Филиппович, — парень погрозил мне блинчиком.

— А я-то надеялся, что мы с вами рассчитались, — усмехнулся я.

— За этот случай я с вами поквитаюсь, так и знайте, — пообещал следователь.