И это свое “соскучился” он доказывает и еще будет доказывать на всем протяжении своего небольшого недельного отпуска. Недельного? Если повезет.
Когда стрелка часов переваливает за полдень, мы все-таки выбираемся из постели и выходим на террасу, где уже накрыт стол с легким обедом из фруктов и морепродуктов, которые я невероятно люблю. И легким вином.
От полуденного солнца нас укрывает крыша виллы.
Сергей разливает вино по бокалам и протягивает мне фужер, чокаясь.
– За нас, – говорит он, чуть прищурив глаза.
– За твой отпуск, – усмехаюсь я.
Майами – это лето круглый год, и оно безумно мной любимо. Я люблю это время года, наверное, с рождения. А здесь не надо отвлекаться на унылую осень, холодную зиму и грязную весну. Лето. Круглый год. Только оно смогло вывести меня из затяжной депрессии.
– Как бизнес? Уладил все? – отставила бокал.
– Да, кое-что уладил. Не все, правда, и не первоочередное. Но все же. Дело сдвинулось с мертвой точки, и это прекрасно.
– Я рада.
Разговор ушел в более приятное русло, и он совершенно не касался ни его работы, ни моего наследства.
К вечеру за мной заходит девушка с соседней виллы. Мы с ней успели подружиться в последнее время, хотя здесь я нахожусь уже около пяти лет. Я больше затворник. И меня прошлую со мной нынешней не сравнить. Два разных человека. противоположных и по образу жизни, и по типу мышления.
"Я уже не та прежняя Лера. Это если сравнить себя с красивой вазой, которую по неосторожности уронили и она разбилась, расколовшись на пять частей. Но случается снова несчастье, по ее осколкам проходят ногами, разбив большие части на более мелкие. А потом, спустя какое-то время до нее добираются, пытаются реставрировать, и если это удастся – склеивают. Но склеивают неуклюже, поэтому и оставляют так стоять. Вот я сейчас прохожу именно эту стадию, которая плавно перетекает в следующую – косметический ремонт.
– Джесика, – обнимаю девушку примерно моего возраста.
– Здравствуйте, мистер Гущин, – машет приветливо рукой оказавшемуся за моей спиной Сергею.