— Пососи у меня, — этот низкий хрипучий голос наждаком по коже проходится.
Взрывает сразу всю структуру нервной системы. Узлы и волокна, все сплетения — пожаром охватывает.
Оторопело пялюсь на покачивающийся перед моим лицом возбужденный член. Отмечаю разветвление вздутых вен, обнаженную ярко-розовую головку и то, что весь орган покрыт влагой. Моей смазкой.
— Соси, девочка.
И меня вновь раскатывает губительное осознание: выбора он мне не оставляет. Эта необычная комбинация слов хоть и не звучит сейчас как жесткое требование, вряд ли сойдет за обычную просьбу, от которой ты имеешь право отказаться.
Вся кровь к лицу приливает. В голове шум появляется.
Качнувшись к Андрею, зажмуриваюсь. Не потому, что мне противно. Отчего-то нет… Стыд размазывает. Заставляет погружаться еще глубже в омут Рейнера. Если бы я была ученым, то вывела такой закон, потому что он абсолютно реально работает.
Втягиваю носом воздух и глотаю в себя его запах. Внутри все дрожью отзывается. Это не страх… Нечто гораздо примитивнее и сильнее.
«Член к твоим губам приставлю, будешь сосать… Будешь. Тебе еще и понравится…»
Мне стыдно, как никогда прежде… Эмоции распирают изнутри до невозможности. Из-под зажмуренных век скатываются слезинки. Смахиваю их ладонями. Мысленно взываю к Андрею, чтобы он как-то направил меня на пути очередного падения."
"Но вместо этого слышу его громкий и тяжелый вздох. Лицо обдает потоком прохладного воздуха. Сгустившуюся тишину прорезают гулкие шаги.
Он уходит?
Не сразу решаюсь открыть глаза. Когда же, наконец, делаю это, осознаю, что действительно осталась в помещении одна.
Сама своего состояния не понимаю. Что я чувствую? Облегчение? Или… разочарование?
Проклятый омут Рейнера…
13
— Готова? — Андрей выходит из гардеробной и упирается в меня оценивающим взглядом.
Не успеваю ответить. Точнее, он этого не ждет. Просто подхватывает наши дорожные сумки и направляется к двери. Я поднимаюсь, нервно расправляю подол тонкого трикотажного платья и покорно плетусь следом.
До сих пор не понимаю, что произошло в том лесном домике. Почему он ушел? Ушел на пике возбуждения, так и не получив разрядку. Почему не стал настаивать? С тех пор прошло уже четыре дня, а он… Андрей все эти дни ко мне не прикасался.
Мне, конечно же, не из-за чего расстраиваться.
Я нахожусь в замешательстве. После того, как он четко обозначил мое предназначение на следующие полгода, его воздержание не может не вызывать недоумение.