Но, например, двадцать лет — слишком большой разрыв на его взгляд. Вряд ли хоть одна из сестер Габарашвили может быть счастлива в таком браке. Правда, растят их совсем не для счастья, точнее не для их счастья.
— Если мы с вами договоримся, вы сможете навещать вашу невесту, когда захотите. Так будет даже лучше, девушка привыкнет к мысли, что станет вашей женой, — осетин сделал паузу и продолжил тише: — Ждать брачной ночи тоже совсем не обязательно.
«Охренеть! Это что, ты мне сейчас предлагаешь трахать одну из твоих несовершеннолетних дочерей?!» — при этой мысли зубы Демьяна заскрежетали сами собой, да так громко, что самому страшно стало.
— Что-то не так? — поинтересовался Авзураг.
Тут раздался стук в дверь и на пороге появился еще один осетин. Роста почти такого же, что и хозяин гостиницы, да и возраста, пожалуй, тоже.
— Позвольте представить, мой брат Улдан! Занимает большой пост в Геленджике, майор полиции! — представил его Авзураг. — Он помогает с выбором женихов для моих дочерей.
«А вот и тяжелая артиллерия…» — подметил про себя Громов.
Прежде чем пожать руку второму осетину, он поправил на рубашке поло значок в форме футбольного клуба «Краснодар». Значок был с секретом. В изображенный на верхушке футбольный мяч был вмонтирован глазок камеры, а на обратной поверхности скрывался сверхчувствительный микрофон. Видео и звук сразу передавались на сервер в краснодарском офисе, где и сохранялись. Громов встал так, чтобы лицо полицейского максимально эффектно попало на камеру.
— Приятно познакомиться! — приветствовал он Улдана.
— Это скорее не помощь, а гарантия для меня и для вас, что всё будет по совести… — сахарным голосом уточнил Авзураг.
«По совести, мать вашу? А вы слово-то такое вообще знаете?» — зарычал Громов про себя.
Вслух же сказал совсем другое:
— Меня рекомендовал ваш зять! Думаю, это доказывает, что я достоин доверия!
— Это само собой! — кивнул Авзураг. — Иначе мы с вами не беседовали бы. Но вы должны понимать, что вопрос щепетильный! К данной информации имеет доступ только очень ограниченный круг людей и не без причины…
Громов кивнул.
— Понимаю и поддерживаю, мне тоже не нужна огласка…
Оба брата Габарашвили тут же закивали, изобразили полнейшее понимание.
— Тогда давайте к делу, — продолжил Демьян, — какую из дочерей вы мне предлагаете и что попросите взамен?
Авзураг взял со стола клочок бумаги, быстро написал на нем цифру с таким множеством нулей, что любому банкиру поплохело бы.