Даже когда у них только родились близнецы, Даша и то умудрялась пожарить для него пару яиц с беконом, сделать бутерброд с сыром.
Сегодня же на кухне его не ждало даже парочки тостов, не говоря уже о кофе.
— Дааа, — протянул он в пустоту.
А ведь планировал провести день, нежась с женой в постели. Понежишься тут.
Игнат огляделся, увидел на столе остатки вчерашнего пирога. Только несмотря на то, что тот был убран в контейнер, на поверку оказался подсохшим и совсем не таким вкусным, как вчера.
— Даш? — позвал Игнат.
Впустую, жена не пришла и после третьего оклика, хотя обычно являлась сразу.
«Она вообще здесь?» — зародилась в голове опасливая мысль.
Сердце забилось с удвоенной силой. Начал методичный осмотр всех комнат.
Вчера хотел пойти за ней, попытаться поговорить, успокоить. Потом подумал — лучше пусть она немного остынет.
«Надо было все-таки пойти», — принялся он себя ругать.
Однако Даша оказалась дома. Сидела в гостиной, закутавшись в одеяло в самом углу дивана, который стоял неподалеку от окна.
Волкову даже поначалу показалось — спала. Ан нет, глаза открыты, только выглядят так, словно их заменили на стеклянные. Не отражалось в них ни чувств, ни мыслей. Да и сама Дарья казалась словно вылепленной из алебастра — такая бледная и неживая. Она даже не моргала, просто смотрела в окно, появления мужа не заметила.
Внутренности обожгло чувством вины. Вот надо же было забыть выбросить эти несчастные презервативы… Столько страданий из-за его глупости.
Захотелось подойти к ней, обнять за плечи, нашептать на ушко что-нибудь нежное, пообещать, что всё будет хорошо.
«Только поверит ли? Как бы не сделать хуже!» — перечеркнула весь настрой пессимистичная мысль.
С другой стороны, это ведь не конец света. Все обязательства перед Дашей он выполнял, к тому же в дальнейшем уезжать от нее не планировал, следовательно, надобность в сексе на стороне уже отпала.
«Надо только ей всё разъяснить!»"
"— Даш? — снова позвал он ее, подошел, попытался положить руку на плечо.
Девушка тут же подпрыгнула, будто рука у Игната была обмазана кислотой, которая опалила ей кожу.
— Не прикасайся! — тут же завизжала она.
— Я только поговорить хотел! — нахмурил брови Игнат. — Ты по крайней мере выслушать можешь?
Она нехотя кивнула.