Это я понял потому, что все враги отвернулись от двери.
Подождав несколько секунд, чтобы дым из шашки наполнил коридор, дернул на себя ручку и сразу направил в сторону засады арбалет. Болты, один за другим, направились во врага. Ощущал я их безошибочно, тогда, как меня никто не видел. Никто ничего не видел, дым успел заполонить всё на многие десятки метров вокруг.
Первый барабан закончился за пару секунд, но прикончить я успел лишь шестерых. Второй и того хуже. Не учел, что теперь здесь появились укрепления, за которыми спрятался враг.
Третий достреливал уже на бегу, вытаскивая из ножен и заряжая до предела отобранный у Снегирёва в свое время клинок.
— Чужак! — рыкнул иномирец, который находился ближе всех ко мне. Как и думал, он прятался за каменным выступом. Его тут раньше не было, возвели чтобы я с арбалетом не смог прорвать оборону.
Но я не только с арбалетом. Почувствовав в противнике немалый ранг силы, решил действовать чуть подлее. Дым и так разъедал его глаза, и стоило нам обменяться ударами мечей, я смог пробить в него пучком концентрированной энергии.
Но к чести воина, он не потерял самообладание и продолжил вслепую размахивать не слабо заряженным мечом. Как я понял, это был командир. И рубить он явно умеет, вон какие куски камня отлетают от стен, после каждого его удара. Осталось лишь немного вскружить ему голову и направить перед собой зачищать коридор.
— Команди… — не успел договорить его подчиненный.
— Командир, он впереди, скорее! — немного поменял я голос, и дал наводку воину, чтобы он рубил своих дальше. И он послушался меня!
Но ненадолго. Зарубив еще двоих, он наконец-то понял, что тут не всё чисто. Но стоило ему это понять, как лезвие моего меча вошло ему прямо промеж лопаток.
Сильный был барьер.
В дымовой завесе я мог свободно бегать и атаковать врага, лишь изредка спотыкаясь о трупы и всевозможный хлам, что разбросали тут специально для меня.
Один раз пришлось ударить огненным шаром, ведь среди выживших нашелся маг. Его я сразу не приметил, и он успел ударить в меня концентрированным морозом. Хочу сказать, не будь я лекарем, умер бы сразу.