Сейчас в столовой подают какой-то мерзкий отвар, а мне бы хотелось чего-то горячего.
Джон тоже был голоден, а поэтому направился вместе с Ланнистером, подгоняя свой шаг под раскачивающуюся походку карлика. Поднимался ветер, и было слышно, как кряхтят старые деревянные дома, как вновь и вновь хлопает вдали забытая тяжелая ставня. На повороте, глухо ухнув, с крыши перед ними съехал целый снежный пласт.
— Не вижу твоего волка, — сказал Ланнистер по дороге.
— Я посадил его на цепь в старой конюшне, там, где мы занимаемся.
— Это та, с поломанными зубцами? Та, возле которой на груде щебня стоит камень, прислонившись к стене прямо как наш благородный король Роберт после долгой попойки? Я думал, она давно заброшена.
Джон пожал плечами:
— До того, где ты спишь, здесь никому нет дела. Дома в основном пусты, выбирай себе любую келью.
Когда-то Черный замок вмещал четыре тысячи воинов вместе с конями, слугами и оружием.
Смешок Тириона Ланнистера струйкой взвился в холодный воздух.
— Постараюсь напомнить твоему отцу, чтобы он арестовал несколько каменщиков и отправил сюда, прежде чем твоя башня рухнет."
"Джон понимал насмешку, но не видел смысла в отрицании правды. Некогда Дозор соорудил девятнадцать больших крепостей вдоль Стены, но теперь мог пользоваться лишь тремя: Восточной крепостью, расположенной на сером, продутом ветрами берегу; Сумеречной башней у подножия гор, в которые упиралась своим концом Стена; и Черным замком между ними на Королевском тракте.
— Лучше спать одному, — упрямо проговорил Джон. — Все боятся Призрака.
— Мудрые ребята, — усмехнулся Ланнистер, меняя тему.
Джон вспомнил видение, представившееся ему при расставании, когда он разозлился на дядю — Бенджена Старка, распростертого в снегу, — и быстро отвернулся. Карлик умел ощущать чужие мысли, и Джон не хотел, чтобы спутник заметил вину в его глазах.
— Он обещал вернуться к моим именинам, — заметил Джон. Но именины пришли и ушли, никем не замеченные, две недели назад.