Ренли был еще слишком молод, чтобы сын его мог достичь такого возраста, холодный Станнис замкнулся в своей гордости, поэтому Джендри, безусловно, сын Роберта.
Но что же он узнал, обнаружив мальчика? По Семи Королевствам король оставил немало детей. Он открыто признал одного из своих бастардов: мальчика в возрасте Брана, рожденного от знатной матери. Парнишку воспитывал кастелян лорда Ренли в Штормовом Пределе.
Нед вспомнил первое дитя Роберта, дочь, родившуюся в Долине, когда Роберт был, по сути дела, мальчишкой.
Размышления Неда прервал негромкий стук в дверь.
— К вам человек, милорд, — доложил Харвин. — Он не хочет называть свое имя.
— Впустите, — произнес Нед удивленно. Посетитель, коренастый, в потрескавшихся, покрытых грязью сапогах и тяжелом коричневом балахоне из самой грубой домотканой ткани, прятал свое лицо под капюшоном, а руки в объемистых рукавах.
— Кто вы? — спросил Нед.
— Друг, — ответил из-под капюшона низкий голос. — Нам надо поговорить наедине, лорд Старк.
Любопытство оказалось сильнее осторожности.
— Харвин, оставь нас, — сказал он.
Гость откинул капюшон, лишь когда они остались вдвоем за закрытыми дверями.
— Лорд Варис? — удивленно проговорил Нед.
— Лорд Старк, — вежливо попросил Варис усаживаясь, — не нальете ли вы мне вина?
Нед наполнил две чаши летним напитком и вручил одну из них Варису.
— Я мог бы пройти в футе от вас, но так и не узнать, — сказал он, не веря своим глазам. Он еще не видел, чтобы евнух одевался во что-нибудь, кроме шелков и бархата, самого богатого дамаскина; теперь же от этого человека разило по́том, а не пахло сиренью.
— Именно на это я и надеялся, — отвечал Варис. — Нехорошо получится, если некоторые люди узнают, что мы разговаривали наедине; королева не сводит с вас глаз.