Вы отправитесь домой, как только я отыщу нужный корабль, вместе с септой Мордейн и подобающей вам охраной… и — ладно — вместе с Сирио Форелем, если он согласится поступить на мою службу. Но никому не говорите об этом! Лучше, чтобы никто не знал о наших планах. Мы поговорим обо всем завтра.
Санса рыдала, спускаясь следом за септой Мордейн по ступенькам. Всего ее лишили: и турниров, и двора, и принца. Они вернутся назад, в серые стены Винтерфелла, которые вновь замкнут ее. Жизнь ее закончилась, еще не начавшись.
— Прекрати плакать, дитя, — сурово сказала септа Мордейн. — Я не сомневаюсь, что твой лорд-отец прекрасно знает, что для тебя лучше.
— Вообще-то не так уж и плохо, — сказала Арья. — Мы поплывем на галее. Новое приключение, а потом мы вернемся к Брану и Роббу, старой Нэн, Ходору и всем остальным. — Она прикоснулась к руке сестры.
— К Ходору! — завопила Санса. — Тебе надо жениться на Ходоре, ты такая же глупая, волосатая и уродливая! — Вырвав руку, она бросилась в свою опочивальню и закрыла за собой дверь.
Эддард
— Боль — это благой дар богов, лорд Эддард, — вещал великий мейстер Пицель. — Она означает, что кость восстанавливается, плоть сама исцеляет себя. Радуйтесь.
— Я поблагодарю богов, когда нога моя перестанет болеть.
Пицель поставил закупоренный флакон на столик у кровати.
— Вот маковое молоко, выпейте, если боль сделается слишком сильной.
— Я и без того сплю слишком много.
— Сон — великий целитель.
— А я надеялся на ваши услуги.
Пицель рассеянно улыбнулся:
— Приятно видеть вас в таком едком настроении, милорд.
— Черные крылья, черные слова, — мрачно отозвался Нед. — И что же пишет Ланнистер?
— Лорд Тайвин находится в великом гневе на людей, которых вы послали за сиром Григором Клиганом, — признался мейстер. — Как я и опасался. Помните, я говорил это вам на совете.
— Пусть себе гневается, — сказал Нед.
Пицель откинулся назад, звякнула его мейстерская цепь.