Я не знала фамилию ее дружка, не говоря уже о состоянии его приводящих мышц. — Лиззи говорила, что он снова стал играть в рег… то есть в футбол, но его мучают боли. Вот Лиззи и попросила меня узнать, говорит: «У тебя брат играет в хёрлинг, может, подскажет чего». Я пообещала ей, что спрошу.
— Можешь ей передать: бедняге требуются постоянные уколы морфия, — пробормотал Джоуи. — Постельный режим. И все время прикладывать лед к яйцам.
— К яйцам? — Я проглотила комок слюны и вытаращила глаза. — А зачем лед… туда?
— Потому что, когда хирурги делают такую операцию, они делают разрез прямо под мо… Фу, не могу! — Джонни замотал головой и признался: — Я даже думать об этом не могу без сострадания к несчастному придурку.
— Но что, если…
— Нет!
— Но я просто…
— Спокойной ночи, Шаннон! — Джоуи повернулся ко мне спиной и пробурчал: — Подкинула мне тему для кошмарных снов. Спасибо.
Повернувшись на спину, я закинула руки за голову и медленно вдохнула, надеясь унять скачущие мысли и очистить сознание.
Прошло несколько часов — храп Джоуи давно разносился по комнате, — а я все еще не могла уснуть.
Я устала."
"Я пыталась заснуть, но, как ни старалась, не могла отключить мозги.
Глядя в потолок, я мысленно перебирала свой каталог душевных травм.
Это было болезненной формой селфхарма, потому что такие воспоминания не приносили ничего хорошего, однако я вновь переживала каждую ссору, каждое жесткое слово в свой адрес и каждое печальное событие, случившееся со мной, от дразнилок в четыре года на школьном дворе до сегодняшних отцовских комментариев.
Это была крайняя форма мазохизма, ритуал, который я регулярно проводила после паршивого дня.
Закрывать глаза не имело смысла.
Стоило мне это сделать, как в голове начинали проноситься картинки с Джонни Каваной.
Не знаю, каким я предпочитала его видеть: незнакомцем, который засветил мне мячом по голове и потом при встрече в коридорах молча улыбался, или угрюмым придурком с непредсказуемыми реакциями и скачками настроения?
Но определенно я сожалела, что мне открылась другая сторона его жизни.
Итак, я узнала, что Джонни — восходящая звезда регби и очень перспективный игрок, которого ждет блестящая спортивная карьера. Эти сведения вогнали меня в депрессуху по нескольким причинам, но одна застряла в голове.
Я уже знала одну суперзвезду: мой брат Джоуи, «безупречный» красавчик, игрой которого на поле все восхищались и за это позволяли ему делать все, что он хочет.