— Кавана, вообще-то, это называется недопустимым поведением на территории школы, — резко произнес тренер Малкахи, сердито глядя на нас. — Что с тобой творится?
За спиной у него смущенно переминались с ноги на ногу двое парамедиков — мужчина и женщина. Увидев их, я тихо вскрикнула.
— Мы не на территории школы, сэр, — спокойно ответил Джонни, усаживая меня рядом с собой.
— Учебное время еще не кончилось, — рявкнул тренер.
— Для кого как, — парировал Джонни, взяв меня за руку.
В тот момент я была невероятно благодарна ему за это прикосновение.
Оно заземляло меня, успокаивало и спасало от тревожной тошноты.
Чем я была знаменита.
— Сейчас половина десятого, — пожал плечами Джонни. — Занятия давно закончились.
— Все равно вы оба ведете себя недопустимо, — загремел тренер, гневно глядя на нас. — Нечего цепляться за формальности. Вам обоим нет восемнадцати. Я вынужден сообщить об этом мистеру Туми и вашим родителям.
— Боже мой! — вырвалось у меня. — Пожалуйста, не делайте этого.
— Это вы про поцелуй? — язвительно спросил Джонни, крепче сжимая мою дрожащую руку.
— Ты несовершеннолетний ученик, оказавшийся в раздевалке с несовершеннолетней ученицей, — запальчиво ответил тот. — Весьма компрометирующее положение. — Тренер повернулся ко мне. — А ты, Линч, решила составить себе в Томмене определенную репутацию? Хочешь стать одной из таких девиц?
Слезы брызнули у меня из глаз, и я торопливо замотала головой.
— Эй, не говорите с ней в таком тоне, — потребовал Джонни.
Он подался вперед, заслоняя меня от Малкахи.
— Очнись, Джонни! — нетерпеливо проворчал коуч. — Подумай, как это выглядит.
— Мне ровным счетом плевать, как это выглядит, — огрызнулся Джонни. Он попытался вскочить на ноги, но тут же пошатнулся и рухнул на скамейку. — Вы не имеете права говорить ей подобные вещи, — бросил он, раздувая ноздри.
— Посмотри на себя! — Тренер указал на травмированное бедро. — Посмотри, в каком ты состоянии.
Джонни и не подумал этого сделать, но я посмотрела и тихо вскрикнула.
Из раны, нанесенной шипами игрока Ройса, струилась кровь.
— Джонни, — прохрипела я, вновь потянувшись к его руке.
Боже, у него тряслась рука.
Я взглянула на него.
Джонни трясся всем телом.
Лицо превратилось в гримасу боли.
Он дрожал с головы до пят.