Я привык ухаживать за своими вещами.
Он произнес это абсолютно ровным голосом – будто речь шла не про живого человека – меня – а о погоде!
– То есть вы… – голос подвел меня и осип. – Вы за мной…
– Я вкладываю в поддержание хорошего состояния, – безразлично подтвердил он.
– И зачем вы вкладываете в меня? Ради одного вечера? – с ужасом спросила я. – Я же могу уехать, сбежать…
– О, нет, зайчонок. Ты все отработаешь. – Волков сказал это с такой уверенностью, что мне стало страшно. Ведь, по сути, что я могла противопоставить ему? Молодая девчонка, едва закончившая колледж и переехавшая в чужой город.
Машина остановилась, и прежде чем выйти он добавил:
– Завтра после обеда за тобой приедет мой человек. Лучше тебе решить все свои трудности до этого времени.
– Подождите! – крикнула я, когда тот уже был на улице. Олег недовольно зыркнул на меня, но все же взглянул в ответ. – А когда вы меня отпустите?
– Когда надоешь, заяц, – ухмыльнулся он и, отвернувшись, направился к другой машине стоявшей неподалеку.
– Закрой дверь, – раздался голос водителя. Пару мгновений я раздумывала – можно же было просто сбежать. Броситься во дворы – Волков уже уехал, и вряд ли Егор стал бы меня разыскивать… – Не советую, – добавил он. – Олег Викторович будет злиться. И накажет.
– Да пошел он! – выплюнула, стиснув сумку в руках.
– Твое право. Но он все равно тебя получит – не по-хорошему, так по-плохому, – добавил Егор.
– Но я же не вещь, – всхлипнула в ответ, все-таки закрыв дверь.
Выбор был сделан. И оставалось идти только вперед…
Глава 4
Меня действительно привезли в клинику. В нашем городе таких элитных заведений было всего пару штук. Так что я лишь убедилась в уровне достатка Волкова. За всю дорогу Егор не проронил ни слова.
– Выходи, – бросил он, припарковавшись. Мне было стыдно идти куда-то в таком виде, но мужчину это вряд ли волновало. Он лишь скользнул по мне равнодушным взглядом, когда я все же выбралась на улицу.
В холле уверенной походкой водитель прошествовал мимо ресепшн к двери с надписью “ВИП-обслуживание”.
Пока не надоешь… Но вот вопрос – когда надоем, это будет для меня спасением или приговором?
– Егор Алексеевич, – радостно улыбнулась молодая женщина, едва открылась дверь.