И только когда убедилась, что оно теперь способно биться самостоятельно, аккуратно развеяла поддерживающие плетения. Сил во мне почти не осталось, потому я просто опёрлась спиной на ближайшую стену и смежила веки.
– Выпейте, – услышала рядом голос айва.
Открыла глаза и увидела стакан с мутноватым укрепляющий настоем. Вот только сомневалась, что мне хватит сил удержать его в руках. Но всё равно попыталась. Правда чуть не расплескала всё содержимое, и пришлось айву самому буквально поить меня целебным настоем.
Зато почти сразу стало легче. Я выдохнула, встретила взгляд зелёных глаз и со всей искренностью произнесла:
– Если бы не вы, мы бы его потеряли. Большое спасибо вам, что вмешались.
– Я не мог иначе, – он ободряюще мне улыбнулся.
У него оказалась красивая улыбка и мягкий взгляд. На самом деле, даже шрам его почти не портил. И этого мужчину называли чудовищем? В очередной раз убеждаюсь, что слухам верить нельзя.
Спохватившись, я глянула на кровать, где оставила своего пациента.
На нём был чёрный костюм с чёрной же рубашкой. Волосы его стали короче, но он всё равно собрал их в низкий хвост.
А ведь ни тот, ни другой этих детей знать не знали. Им оказалось достаточно уже того, что это дети, которым нужна помощь.
Явно почувствовав мой взгляд, Аск повернулся и посмотрел мне в глаза, а у меня снова перехватило дыхание. И так захотелось подойти ближе. Я ведь на самом деле скучала по нему. И была рада видеть здесь. Но всё равно боялась. Потому что теперь знала, что он совсем не Аск.
Грант поставил стул у операционного стола и, взяв мальчика за безвольную руку, сосредоточенно следил за его состоянием.