– Пойдём в квартиру, что мы на пороге стоим! Юля, дай нам войти, что ты проход перегородила, словно никого не ждёшь? – Он положил ладони Айше на плечи и легонько подтолкнул её в квартиру.
– Можно я сразу к маме пойду? – Айша не заметила, как назвала Алевтину Васильевну не по имени-отчеству, но заметила, что её тапочки надеты на Юле. – Как она там?
– Конечно, проходи. Она про тебя каждый день спрашивает, – честно признался Герман."
"Войдя в комнату больной, Айша с порога ощутила запах неухоженного тела.
– Вы проснулись? Ну и хорошо! Как вы тут, моя голубушка? – Айша присела на край постели и взяла её за руку.
Она поправила одеяло, подтянув его повыше, до подбородка, потрогала ступни ног и вторую руку, которая пострадала и не двигалась. Ноги тоже были ледяными. Айша растёрла ступни руками, вытащила из комода шерстяные носки и надела их.
– Ничего, ничего, сейчас всё сделаем! Это же ваша мучительница приехала! – Она улыбнулась Алевтине, легонько дотронулась до её лба, пробуя температуру.
«Плохо, – написала Алевтина Васильевна на листке бумаги. – Долго».
– Не поняла. Долго не было стула?
Та кивнула в ответ.
– Да, это нехорошо. Будем что-то делать. – Айша поправила ей подушку и вышла из комнаты.
Гера сидел в комнате за компьютером вместе с Юлей, что они там делали, было не видно, монитор стоял так, чтобы входящий в комнату не мог видеть изображения на экране.
– Гера, можно тебя на минутку? Хочу поговорить. – Айша пребывала в растерянности. Понятно, что в такой ситуации, с посторонней в доме, про беременность и их будущего ребёнка говорить не будешь.