- Данил, - зачем-то повторил он.
- Емельяна, - чуть рассмеялась Ажурова."
"Дан, который Данил, прихватив из пакета рукой салфетку с логотипом кофейни, вытер сахарную пудру с кончика носа милой девчонки, не позволившей ему пропустить завтрак. А Емеля сделала то же самое. Правда, потом пришлось спешно вынуть из кармана куртки маленький пакетик влажных салфеток. Поскольку сахарная пудра смешно и капельку мило осталась на отросшей щетине Данила.
Когда кофе и пончики закончились, молодые люди не спешили покидать своих мест.
Весеннее утро плавно перекатилось в теплый полдень. Емеля понимала, что нельзя сидеть весь день на этой лавке в обществе Данила. Пусть и хотелось.
- Торопишься? – вдруг нахмурился парень и перевел взгляд на свои часы. Стрелки на циферблате неумолимо рвались к двенадцати. У парня и самого был составлен список неотложных дел. Но, черт подери, он не собирался срываться с места и убегать от этой живой и улыбчивой девчонки.
- Ээээ… Нет? – ответила она, прикусив уголок нижней губы.
Арканову было двадцать три года. Молод, симпатичен, обеспечен и не дурак. Однако в это мгновение он почувствовал себя неимоверным и непроходимым глупцом.
План созрел моментально. Да и не план, а так – сумбурный алгоритм действий. Но Данил этот день решил провести беззаботно. Потому что хотел.
Мысли все еще пытались отыскать логические цепочки, взвесить плюсы и минусы, привести доказательства тому, что спонтанные поступки – последнее, чем стоит заняться человеку с его обязательствами. Но Арканов – тот, что катал на байке по дорогам и бунтовал против системы и родни – не захотел отпустить девчонку и вновь превратиться в серьезного и ответственного руководителя.
- Поехали? – кажется, вот такие односложные фразы-вопросы прочно вошли в норму их общения.
Дождавшись кивка, Даня протянул руку девушке в приглашающем жесте. Емеля доверчиво вложила свою ладонь, на миг прикипая взглядом к карим глазам, в которых просыпались искорки огня и бунтарства.