"
"Тёртые калачи, для которых мздоимство было не пороком и не грехом, а просто одной из статей накладных расходов, прекрасно чувствующие разницу между намерениями и делами, испытывали естественное недоверие к каждому произнесённому императором слову и неестественное любопытство к такому оригинальному общению монарха не с самыми знатными подданными.
– Ваше императорское величество, – первым пришёл в себя и решил пользоваться случаем, словоохотливый Александр Манташев. – Думаю, я выражу общее мнение, если скажу, что все присутствующие здесь честные промышленники-миллионеры согласятся поддержать ваши предложения…
– Это очень хорошо, уважаемый Александр Иванович, – остановившись напротив коммерсанта, удивил присутствующих император знанием его отчества, – что вы не боитесь открыто заявлять свою позицию, хотя на вашем лице написана изрядная доля недоверия… Это неплохо.
– Уважаемые господа! – повысив голос, обратился уже ко всем присутствующим император, – мне было очень приятно познакомиться с вашим обществом. Но столь краткое знакомство считаю абсолютно недостаточным. Пользуясь случаем, прошу разрешения посетить ваши предприятия… и, на сколько хватит сил, пообщаться поподробнее с каждым из вас.
* * *– Его Императорское Величество ждёт вас! – чётко по-военному отрапортовал драгунский ротмистр и распахнул дверь кабинета.
Барон Эдмон Ротшильд сделал несколько шагов и застыл в нерешительности.