– А давай дружить? – голос Исаева звучал мягко. Парень уже упирался своим подбородком в мой живот, а взгляд не сводил с моего лица.
– Так мы вроде бы друзья, – напомнила я соседу, несмело улыбаясь.
Мне нравились касания Исаева, а сердце колотилось неистово и громко. Кажется, Феликс тоже слышал его стук. И, наверное, именно поэтому хитро улыбался.
– Тогда давай встречаться? – внес следующее предложение Феликс.
– А как же Ленка? – прищурилась я.
– Скажешь тоже! – скривился Исаев. – Ленка мне зачем?
– Она красивая, – осторожно заметила я, отводя взгляд от насмешливых глаз.
– Ей до тебя пыхтеть и пыхтеть, – Феликс на секунду крепче сжал руки, потерся носом о мою блузку, а потом вновь отстранился, чтобы заглянуть в мои глаза. – Соглашайся! Буду кормить тебя мороженым. И поп-корном. И даже бургерами.
– А пряниками? – с надеждой поинтересовалась я, понимая, что отказаться я не смогу. Ну как от Исаева отказаться? Это ведь все равно, что перестать дышать!
– Вымогательница! – хмыкнул Феликс и сделал вид, что задумался.
– А может ну его, этот парк? – сама от себя не ожидала этой фразы, но было поздно. Феликс уже услышал мои слова.
– Дойдешь до дома? – обеспокоенно спросил Исаев и легко провел ладонью по моей юбке в том месте, где огнем горел синяк. Только сейчас я поняла, что ноге было больно. Но предпочла промолчать. Мало ли, Феликс взбесится и помчится на поиски Олега.
– А куда я денусь, – легко улыбнулась я и, раз уж мы теперь встречаемся, погладила ладонями затылок Исаева.
Нет, и все же у него чудесные волосы. Да и сам парень у меня чудесный!
Глава 3
– Чем ты там занимаешься? – тихонько спросила я, любуясь красивым лицом моего парня.
Всего пары секунд мне хватило, чтобы настроение значительно улучшилось, а ситуация, в которой я оказалась, вдруг стала вполне терпимой.
Феликс широко улыбнулся мне с экрана телефона. Провел рукой по короткому ежику волос и подмигнул."
"– Да разбираем с парнями тачку шефа, – так же тихо ответил Исаев, и я увидела, как парень надел наушники, и я поступила так же, чтобы никто не подслушивал наши с ним разговоры.
Все слова, сказанные Феликсом, были лишь для моих ушей, которые, признаться, порой краснели от смущения, пусть я и давным-давно успела привыкнуть к тому, что мы встречаемся, а не просто дружим, как в детстве.
Мне вновь стало грустно. Вынужденная, пусть и недолгая разлука с Исаевым меня угнетала.