Молясь, чтобы ей понравилось, протянула на ладони, повернув так, чтобы голубой лабрадор засиял переливами. Девушка взяла украшение, покрутила так и эдак, оценивая. Затаив дыхание, я наблюдала, как выражение лица медленно меняется.
– Как красиво! Никогда такого не видела, – она перевернула кулон и заметила силуэт птицы. И тут же погрустнела. – Отец меня убьет, если я возьму его вместо денег.
О нет, мой план под угрозой срыва!
– Ох, какая жалость, – пробормотала я расстроенно и протянула руку. – Придется предложить кому-нибудь другому.
Желание обладать интересной вещицей боролось в лавочнице со страхом быть наказанной отцом. Моя рука повисла в воздухе, я ожидала, когда та вернет подвеску. Внезапно девушка сжала пальцы и сунула кулон в карман.
– Ладно-ладно, я возьму его, – протараторила и огляделась, словно боялась увидеть фигуру своего грозного отца. – Папа меня любит и не будет против.
С души будто бетонная плита свалилась, а за спиной выросли крылья.
– Оставить в залог или?..
– Нет, не залог, я заберу. А где вы его купили?
Я улыбнулась, чувствуя, что пока все идет по плану.
– Это моя работа. Я сестра ювелира Малкольма, он жил неподалеку.
– Господина Зорвира? – глаза ее расширились.
Отлично, теперь знаю и фамилию. Но мне не было известно, дошли ли до нее слухи о не слишком теплым отношениях ювелира с сестрой, поэтому добавила на всякий случай:
– Я давно собиралась приехать, но подцепила какую-то неизвестную хворь и несколько месяцев наблюдалась у столичных лекарей.
Лавочница одобрительно покачала головой:
– Хорошо, что вы вернулись. Господин Зорвир был хорошим человеком, он часто посещал нашу лавку. Рада, что его дело продолжится.
– Тогда подскажите, что можно купить в обмен на мое украшение?
Даже примерно не представляла, какие тут цены и сколько будет стоить моя работа. Но узнать будет полезно."
"Через пять минут я уже шла обратно с двумя дюжинами яиц, тремя крупными луковицами, головкой сыра, булкой хлеба, пакетом гречки и маленьким мешочком сахара. В нашем мире, продав такое украшение, можно было купить куда больше, но не хотелось думать, что милая девушка меня обдурила.