– Ваш браслет готов, можете прийти за ним в любое свободное время, господин Ингеррам.
Я закончила его еще вчера, однако надеялась, что Дарен не станет забирать заказ сейчас. Но тут он хлопнул ладонями друг о друга и с предвкушением произнес:
– Отлично. Сейчас у меня как раз есть пара часов, – и улыбнулся, обнажив ряд белых зубов. Слава Богу, не заостренных, а самых обычных. – Чем быстрее заберу заказ, тем быстрее вы получите за него деньги. Они ведь нужны для развития лавки?
И не поспоришь, деньги ой как нужны.
– Возможно, вам будет интересно, госпожа Танита, что я сейчас скажу, – Дарен продолжал болтать, пока мы двигались в направлении дома.
Я вскинула на него удивленный взгляд.
– И что же?
– На днях поступает новая партия необработанных самоцветов, среди них много агата, аметиста и радужников. Можете взглянуть и выбрать подходящие образцы. А еще я закончил с камнями, которые дали ваши детишки, только не взял их с собой.
На этих словах я вспомнила процесс обработки сердолика и вспыхнула. Так-так, дракон опять пытается заманить в свое логово? С другой стороны, пока я не успела обрасти связями, мне нужна помощь Дарена. Сокровища, прихваченные из моего мира, и запасы Малкольма таяли на глазах.
Пусть он сколько угодно может пытаться сбить меня с пути истинного. Я – кремень. Не трепетная семнадцатилетняя девица и не веселая актриса, что ищет на пятую точку приключений.
– Серебро и золото тоже вас ждут. Могу гарантировать, что гномы поставляют мне материал высшего качества и не добавляют посторонних примесей, – Дарен уже почти мурлыкал, расписывая достоинства своих товаров. – Я сделаю для вас любую огранку, камни любого размера и формы. Все, что пожелаете, госпожа Танита.
– Что-то подсказывает, что стоить это будет баснословных денег, – ответила я со скепсисом.
– О цене договоримся.
Вот перед нами замаячил дом семейства Зорвир.
Снежинка сопровождала нас всю дорогу до мастерской и ревниво мяукала, глядя то на меня, то на Дарена. Потом запрыгнула на верстак с хозяйским видом и уселась на стопку эскизов. Духи тоже подключились: шныряли туда-сюда, все время задерживаясь около гостя. Третий малыш на прошедшие дни раздобрел и приобрел яркий сиренево-голубой цвет, видимо, объелся энергией моего труда.