На следующие полчаса Дарен закрылся в ванной. До слуха то и дело доносился громкий плеск. Что он там делал? Хвост чешуйчатый намывал?
Наконец, довольный и посвежевший, он покинул санузел. В темной щетине блестели капельки воды, от Дарена несло стойким ароматом розы – как и заказывал, не обессудьте. Дала ему самое ядреное мыло.
– Теперь ты пахнешь так, что любой вор будет наш дом за километр обходить, – я усмехнулась и забрала у него влажное полотенце, чтобы повесить на веревку.
– Ты восприняла мои слова слишком букваль…
Он прервался на полуслове, потому что на лестнице послышались шаги.
– Ты чего не спишь? – он зевнул во весь рот и потер сонные глаза.
– Работала, – я ощутила, как сердце заколотилось быстрее. Стыдно врать, но что поделать? Сейчас я не готова рассказывать о нашем с Дареном плане. – А ты?
– Водички попить.
Мальчик, зевая, пошатываясь и шоркая тапками, побрел на кухню. Потом так же медленно – обратно в спальню.
И тут же попалась в цепкие лапы дракона.
– Ты чего? – шикнула с перепугу.
– Ты сама на меня налетела. Я просто тебя поймал.
– Дарен, я умею держаться на ногах, – сказала и почувствовала, как тяжелая ладонь прожигает ткань платья на животе, а лопатки упираются ему в грудь.
Пара секунд – и я снова на свободе.
"– Я буду спать на улице, – сообщил он. – Свежий воздух, комары… Одним словом, романтика. И если кто-то появится, услышу скорее, чем если буду сопеть дома на перине.
Совесть не позволила отпустить его просто так, и я сунула Дарену плед с подушкой, проводила за порог. И сразу стало ясно, что на постельные принадлежности претендует еще и Пушок. Помахивая хвостом, пес скакал вокруг человекодракона, норовя сцапать его подушку.
Ох, чувствую, весело будет Дарену спать, с таким-то соседом.
– Фу, прекрати! – шикнула я на собакена, но тот меня проигнорировал и продолжил свое занятие.
– Иди в дом, мы сами разберемся, – Дарен потрепал Пушка между ушей.
– Зови, если что-то случится, – напутствовала я, но тот лишь хмыкнул.
– Уже представляю картину. Я, здоровый взрослый мужчина, потомок драконьего племени, кричу и зову на помощь хрупкую женщину.