Эти ощущения усиливались во снах, поначалу меня это беспокоило, а потом я понял, что открещиваться от своей крови не только бесполезно, но и вредно.
Дарен замолчал, чтобы перевести дух. Нам обоим не мешало это сделать, потому что от этих слов у меня внутри тоже поднялась буря чувств.
– А как же волшебный чаек? – спросила я ехидно.
– Его очень любили драконы, он разогревает кровь, – пояснил он терпеливо. – А гномы знают толк в его приготовлении, потому что веками наши народы жили бок о бок. Берта поняла, что я задумал, поэтому и ворчала, грозила родителям сообщить.
– Я тоже провоцирующий фактор?
– Самый что ни на есть! Только одна-единственная женщина пробуждает в мужчине дракона, его желание любить, обладать, утащить в свою пещеру и никому… Прости, заговорился, – он усмехнулся. – Я уже не тот дракон прошлого, который прячет свою деву в высокой башне.
– Ты сказал ""полюбил""? – я ухватилась за это слово, как за соломинку. В груди разгоралось маленькое солнце, грея не только меня, но и все вокруг.
Происходящее между нами не было быстропроходящей страстью, игрой, попыткой заткнуть кем-то дыру в душе или излечиться от одиночества. Дарен уже давно знал, что ему нужно, а я, пожалуй, тоже давно поняла, что соглашусь. Наш путь друг к другу мог быть куда короче, но я была рада, что он сложился неторопливо, осторожно.
Неужели это и есть то самое? Большое и светлое?
Он сел, а я удобно устроилась у него под боком. Сердце дракона колотилось сильно и быстро, словно он пробежал марафон. Вот так и превращайся! С непривычки и заболеть можно.
– А что тебя удивляет? Разве я дал повод сомневаться?
Я помотала головой, давя улыбку. И сейчас бы прозвучать заветным словам, как в фильме, но это же не фильм. Поэтому я притянула к себе его голову и шепнула:
– Ты такой хороший.
Дарен был сражен моей инициативой. О! да что там. Он был в шоке он моего напора, такого он явно не ожидал. А я не удержалась и провела ладонью по спине. Пальцы зацепили прореху на рубашке, но раны не было! Лишь гладкая кожа.
– Ты чего меня ощупываешь, Танья? – подозрительно спросил он, оторвавшись от моих губ. – Все цело, все на месте. Могу даже показать.