– Марго, пожалуйста… Просто пойдем домой. Можешь не смотреть на меня, можешь не говорить…
Чем подавленней и тише звучал его голос, тем сильнее я злилась.
– А где же твоя девушка, Паша? Надеюсь, проводил домой и успокоил после встречи с агрессивной женой?
– Нет никого кроме тебя… – раздалось совсем близко от уха. Я вздрогнула.
– Детка, прости, я урод и мне нет оправдания, но я прошу тебя просто вернутся домой… Я не хочу, чтобы ты наделала глупостей из-за меня… у нас дети, Марго, у нас семья.. пожалуйста, ради них просто вернись домой, а дальше мы во всем разберемся…
В этот момент я даже обернулась, и удостоила его взглядом.
– Семьи? Паша, ты, когда ставил на разные чаши весов семью и свою шлюху, и выбрал ее, ты ведь не думал о детях, обо мне? Так и сейчас не начинай, Паш! Поздно, поднимаешь?
Я отвернулась, принимаясь за новый окал. Рита испуганно замерла, Паша не сдвигался с места, его взгляд потяжелел.
– Рит, поехали домой. Что-то душно тут стало, – схватив сумочку, я поднялась из-за стола. Игнорируя головокружение, уверенно прошла к выходу.
Остановившись у дороги, Рита открывает приложение такси.
– Ко мне? – спрашивает неуверенно.
Я киваю в ответ.
– Марго, – за спиной раздается его напряженный голос. – Не делай глупостей, прошу… Давай поедем домой, там успокоимся и все осудим как взрослые люди… Я прошу тебя!
Паша останавливается позади меня.
– Мы разводимся.
Даже не глядя на него, я знаю, что сейчас он устало прикрыл глаза и сжал пальцами переносицу.
– Ты сейчас на эмоциях. Пожалуйста, я прошу тебя…
Я обернулась и посмотрела на него в упор. Я хотела, чтобы он видел мои глаза, ведь в них не было и капли сомнений.
– Нет, я абсолютно спокойна, Паша. Скажи, а чего ты ожидал? Ты же знаешь меня пятнадцать лет, и я всегда говорила, что измена – это то, чего я никогда не прощу.
– Это глупо… разрушать все из-за одной ошибки, Марго. Люди ошибаются, и я не оправдываю себя. Я урод, и ублюдок, но я прошу тебя подождать с решением… Не надо прощать меня, не надо разговаривать… я заслуживаю всего того, что ты чувствуешь сейчас… Но пожалуйста, повремени с решением… – на последней фразе его уверенный голос сорвался до тихой мольбы. Он был в отчаянии. А я не ощущала ничего кроме усталости.