Он сделал знак, чтобы пешие найманы двигались за ним следом, и зашагал к Белой горе. Мы с колдуном пошли за ним.
Оборачиваться было нельзя, но периферийным зрением я видел, как воины терия Вердена начали выстраиваться полукругом, отрезая нам путь к бегству.
— Кажется, нас будут казнить публично, — пошутил я.
— Ну а ты как хотел? — криво усмехнулся Нишай.
Его перекошенная улыбочка, которую я не видел в горах, вернулась к хозяину и презрительно изогнула губы, когда мы упёрлись в каменное подножие, совершенно неприступное на вид.
Наши найманы, видимо, уже проходили здесь в пещеры.
Один из них смело шагнул вперёд, намереваясь таранить камень, и мы затаили дыхание: а вдруг гора всё-таки пропустит нас внутрь?
Глава 10
Дьайачы
Чуда не случилось. Наш воин ударился грудью о камень и замер: зрачки расширились, глаза остекленели.
— Что ты слышишь? — прошептал Нишай. — Говори быстро! Что?"
"— Гора… — выдавил найман, едва шевеля губами. — Гора говорит мне, что дороги сюда больше нет… Нет больше доро…
Воин запнулся, заморгал, пытаясь сбросить охвативший его ступор.
Нишай, не дослушав, вскинул руки, и мертвенно-голубое сияние побежало от них по каменному боку. Оно пыталось пройти гору сквозь!
Внутри горы, что-то дрогнуло. Колдун побледнел, на висках выступил пот.
Опасаясь камнепада, я оттащил наймана от скалы.
Мужик всё ещё пребывал в полубреду — он упирался и рвался снова втиснуться в камень.
Скалистый бок, куда он пытался «войти», показался мне подозрительно гладким.
Я отпихнул воина к его товарищам, вернулся к скале, присмотрелся, пощупал… Точно! Даже скóлы на камне были такими аккуратными, что казалось — Белая гора создана не природой, а гигантским резчиком!
Похоже, тут и в самом деле была дверь.
— Гора злится, — продолжал блажить воин. — Мы все умрём, если она снова не пустит нас в свои пещеры!..
Пока я ощупывал камень, он оклемался слегка и снова дуром полез вперёд. Пришлось оттаскивать. Только на этот раз он взялся сопротивляться, и я не справился бы с ним добром, не приди мне на помощь найманский колдун.
Он плеснул воину в лицо травяным отваром из фляжки, и тот осел на землю, продолжая шептать:
— Мы все умрём. Гора сказала, что рождённым на этой земле пути в неё больше нет. Нет… Нет!
— На этой земле? — переспросил я. — Ты так слышал?
— Рождённым на этой земле пути больше нет, — повторил воин.
Гора дрогнула, и Нишай отшатнулся от неё. Но тут же снова приник к каменной стене.