]
И тем удивительнее поведение Валеры в присутствии Граута. Такое ощущение, будто целитель делился с Камнем своей радостью от проживаемой жизни.
[Он мой друг и гость,] — Гугот вспомнил слова Граута, когда тот рассказывал о Валере.
Дадэнфел сглотнул, думая, как начать беседу, от которой зависит судьба всей страны.
— О великое Древнее Божество…
— Ску-у-у-ч-но!
— Господин Камень…
— Скучно! — голос Валеры выражал уже откровенное негодование. — Свалите уже⁈ От ваших тухлых разговоров скоро цветы завянут.
Бровастый булыжник хмуро поглядывал на гостей.
— Господа, чай ждёт вас на столике, — проворковала эльфийка двум драконам и сразу грозно глянула на булыжник. — Валера! Будешь опять грузить всех своим «скучно», пиво скиснет! Господин меньше дня, как в Стену ушёл. А мне как раз нужно место под новые горшки с цветами."
"— Ну Бе-е-ель! — Великий Камень с мольбой глянул на эльфику. — Это же всего одна бочка тёмного пенистого на двойном солоде из Исландии.
Эльфийка погрозила кулачком бровастой каменюке, а потом глянула на патриархов.
— Вы уж простите, господин хранитель, — эльфийка не знала личности второго гостя. — Когда господин Граут уходит в Стену, Валера по нему сильно тоскует. Вот и нудит всё время.
Качнув головой, Беаниэль указала на прилавок.
— Если Валере пиво вовремя не дать, начинает ворчать и петь похабщину.
— Гы-гы-гы! — заржала довольно каменюка. — Дядька Железкин тоже говорил, что я полезный.
Гугот от стыда был готов провалиться сквозь землю. Беаниэль неодарённая. Эльфийка не осознавала, НАСКОЛЬКО невероятный камень всё это время лежал у неё на прилавке.
— Сторожевой камень? — Энтерио, хлопая глазами, указал на Валеру. — Дамочка! Вы вот ЭТО называете сторожем камнем? Да как у вас…
— РУМАДА! — Гугот тут же торопливо глянул на притихший камень. — Осторожней со словами. Я тебе сейчас считай, что жизнь спас. Валера… Не желаете ли выпить с нами… э-э-э…
Дадэнфел с намёком глянул на эльфийку, продолжающую стоять в Сфере Тишины.
— Поняла-поняла, — Беаниэль закатила глазки. — Принести пиво для Валеры.